Артем Шаров, фронтмен GoodTimes: «И как мы только ни выступали: и в трусах, и без трусов, и по потолку лазали»

Об отношениях в группе, новых клипах, фанатах и лифчиках на сцене — в нашем интервью с вокалистом эпатажной костромской группы.

Артем Шаров, фронтмен GoodTimes: «И как мы только ни выступали: и в трусах, и без трусов, и по потолку лазали»

Коллектив GoodTimes преодолел 4000 км, чтобы порадовать омичей своими песнями. История группы насчитывает пять лет. Сейчас готовится к выходу четвертый студийный альбом, идет работа над новыми клипами, гремят выступления на фестивалях России и в странах ближнего зарубежья. Теперь прибавилась и гастрольная жизнь с большими сольными концертами.

GoodTimes — группа, на песни которой уже делают каверы омские музыкальные банды. Артем рассказал «Классу», как нужно работать с большими толпами и маленькими группами фанатов в разных городах.

В группе у всех есть музыкальное образование?

— Нет, среднее музыкальное образование только у нашей духовой части и гитариста. Остальные все самоучки.

Всю индустрию заняли хип-хоп-исполнители, им чуть проще выжить без спонсорской поддержки. А вообще всем сложно.

Вы открыли проект на Planeta.ru в поддержку нового альбома. Расскажите немного, что интересного ждет фанатов в альбоме?

— Музыкантам сложно рассказывать о своих новых альбомах. Для них это их детище, поэтому для нас каждый альбом кажется интересным. В рамках одной пластинки композиции не должны звучать как одна песня. Будет все — от сурового дворового хип-хопа, который мы никогда еще не делали, до легкой босановы (стиль популярной бразильской музыки, представляющий собой синтез местного фольклора и некоторых элементов джаза. — Прим. ред.). Надеемся, будет круто!

Сколько в итоге собрали на новый альбом?

— Сейчас собрали около 200 тысяч. Проект будет длиться еще примерно 25 дней. Заявлено 300 тысяч. Будем надеяться, что соберем, но 200 — это уже классная помощь нам в записи альбома. Тем более мы сейчас не только пишем альбом, но и сняли сразу два клипа на абсолютно новые песни, пока их никто не знает. На следующей неделе выйдет первый клип, а в декабре выйдет второй. Любые деньги будут для нас прекрасным подспорьем.

Сложно ли группам подобного уровня сегодня в России жить без поддержки спонсоров?

— Да, конечно, сложно. Не только такого уровня, как мы. Особенно в рок-музыке сейчас сложно. Всю индустрию заняли хип-хоп-исполнители, у них чуть проще. А вообще всем сложно. Но надо держаться и верить в лучшее. (Улыбается.)

У вас редко выходят клипы. С чем это связано?

— Все это время нам было не до этого. Мы не видели веской причины, чтобы снимать. Да и буквально пять лет назад такая индустрия не была развита, это в последнее время YouTube начал занимать прочные позиции относительно телевидения. Раньше клип снимался, чтобы его взяли на ТВ, это было признаком успеха. А теперь за счет YouTube и ресурсов в соцсетях можно быть в топе. Три-четыре года мы были не особо выездной группой, не гастролирующей. Теперь, когда мы начали ездить, увидели, что в любом городе России приходят люди, они поют наши песни, они хотят слышать нас. Сейчас популяризировать себя надо в том числе видеоконтентом. Если с двумя выходящими клипами все будет удачно, зимой мы снимем еще несколько клипов на новый альбом. Без этого никак в рамках этого рынка и этой индустрии.

Будет ли запланированный клип на песню «Маракасы»? Или решили отказаться от этой идеи?

— Мы только с утра сегодня его пересмотрели и дико угорели с него, потому что невероятно, как такое можно было сделать. И подумали, что, возможно, либо 1 апреля, либо в день рождения группы мы этот жуткий зашквар выложим. (Смеется.) Если в грядущие клипы нужен серьезный продакшен и продвижение на YouTube, то «Маракасы» мы выложим просто как бонус. Сделаем это для активных и постоянных слушателей нашей группы. Вроде видео с концертов, чтобы люди просто офигели, как можно было так сделать. (Смеется.)

Сейчас популяризировать себя надо в том числе видеоконтентом. Без этого никак в рамках рынка и этой индустрии.

По поводу обложек к вашим альбомам. Кто их придумывает и воплощает в жизнь?

— Для первого альбома мы нагло ******** (Своровали. — Прим. ред.) картинку из интернета. Второй альбом нам рисовал какой-то замечательный питерский художник, если честно, к сожалению, не помню его имя. Идея обложки была полностью его. Мы просто прислали фотографию, а он сам создал образы, раскрасил. Мы вообще не принимали участие. Но нам очень понравилось. Третий — я нашел на каком-то сайте художников парня. Мы накидали ему идеи, как должен был выглядеть лев. На мой взгляд, круто получилось. Четвертый альбом пока не знаем, как оформлять будем.

Есть песни с вызывающими текстами. Не смущаетесь ли такие строчки со сцены декламировать?

— Все относительно. Тут уже все от личного, индивидуального восприятия зависит, что является вызывающим текстом. Например, песня «Трогай мои маракасы» — вам удалось идеально сохраниться в этом напрочь испорченном мире, если даже такая песня для вас вызывающая.

Вы родом из Костромы. Как в этом городе с музыкальной культурой? Есть ли группы, которые вышли на федеральный, мировой уровень?

— На данном этапе все как-то не очень хорошо, но мы и не успеваем следить, поэтому я могу соврать. Мое субъективное мнение — не очень хорошо. Когда мы начинали, у нас была возможность играть практически каждую неделю. У нас не было больших клубов, были бары со сценой, где проводились конкурсы молодых групп. Это было круто! Были площадки, были места, где выступать. А сейчас нет ничего. Все заняли беспонтовые кавер-банды, которые играют песни «Ленинграда». Мне не попадаются на глаза афиши с концертами каких-то наших групп. Но раньше и деревья были зеленее. Но у нас есть группа, которая практически вышла на мировой уровень Ocean Jet. Ребята играют электронную музыку, отдаленно напоминающую Depeche Mode. Они активно пишут. В других странах даже сомневаются, что это парни из России. Это хороший показатель, потому что они делают достойный саунд (звук, звучание. – Прим. ред.). У них своя публика, это не рок-тусовка. Ребята ездят в туры по России, снимают клипы намного активнее, чем мы, и делают качественные записи.

Омские группы делают каверы на ваши песни. Как вы относитесь к этому? И хотелось бы услышать их вживую?

— Мы относимся к этому полностью замечательно. Вчера были в Барнауле, там тоже на концерте были ребята, которые подошли и сказали: «Блин, мы играем ваши песни! Так круто их вживую услышать». А нам как приятно, что вы играете наши песни. Это здорово! Если у кого-то возникает желание спеть нашу песню, ребята, берите и пойте. Никаких авторских прав мы вам не выставим. Творчество в массы! Пойте все наши песни. Не пойте «На лабутенах», а лучше пойте «Барабаны» или «Маракасы».

Бывали ли у вас конфузные ситуации со зрителями?

— В принципе, слушатель группы GoodTimes — это полностью адекватный, раскрепощенный и умеющий радоваться жизни человек. Поэтому на концертах всегда царит дружеская атмосфера. Единственный минус, в Барнауле такое было — ребята, не надо на концертах нажираться до нечеловеческих состояний. Мы понимаем, что атмосфера располагает и все круто, но это не красит людей. Если проследить за нашим творчеством, в первом альбоме у нас проскакивали такие песни как «Синие бойцы», то последнее время мы не агитируем за распитие алкогольных напитков. Хотя сами выпиваем, но во всем нужна мера и должны быть внутренние ограничители.

Что самое сумасшедшее вы делали на концерте?

— Да что мы только не делали. Активно гастролировать группа начала только с 2017 года. И тут мы поняли, что в таком туре ты не можешь пить алкоголь и принимать наркотики, потому что твоему организму не хватит жизненных ресурсов. Дорога, ежедневные концерты — это очень тяжело. Теперь у нас «сухие» туры, мы не нажираемся. Бешеных поступков нет. А раньше на турах одного дня (концерты в пятницу, субботу, воскресенье. — Прим. ред.) мы могли позволить себе многое. И как мы только ни выступали: и в трусах, и без трусов, и лазали по потолку во время выступления. Когда ты в таком состоянии, кажется, что это здорово. Когда анализируешь это после, то все-таки вел ты себя как ***** (дурак. — Прим. ред) (Смеется.) Но меня больше всего удивляет, что людям это нравится. Они смотрят и думают «Как это круто!» Не знаю, не знаю. Это цирк.

Наступал ли в жизни группы музыкальный кризис? Как вы с ним боролись?

— Не наступал пока, слава Богу. Наступал момент, когда приходилось делать что-то в спешке, и это немного вымораживало и заставляло торопиться, делать не на 100% качественно. Когда ты знаешь, что альбом должен выйти в ноябре, а сейчас уже сентябрь, но у тебя чего-то не хватает и что-то не дописано, ты не можешь полностью сконцентрироваться на чем-то. вВзможно, где-то недожал, а над какой-то строчкой на два вечера подольше посидеть и немного по-другому спеть припев, но без этого никак. На данный момент GoodTimes не Metallica, AC/DC, альбомы которых могут ждать пятилетками, годами. Они могут все выверенно делать. Сейчас, когда группа молодая, чтобы оставаться на плаву, надо безостановочно делать, выкладывать новые синглы, альбомы, клипы, все, что угодно. Главное – оставаться на слуху.

Кризиса нет, потому что у нас есть замечательный Никита Хмиловец (гитарист GoodTimes. — Прим. ред.), у которого в голове не пойми что происходит. Он постоянно пишет какую-то музыку. Есть Саша Михальчук (ещк один гитарист GoodTimes. — Прим. ред.), если есть какое-то техническое задание, он без проблем его сделает.

И как мы только ни выступали: и в трусах, и без трусов, и лазали по потолку во время выступления. Когда ты в таком состоянии, кажется, что это здорово. Когда анализируешь это после, то все-таки вел ты себя как ***** (дурак. — Прим. ред) Но меня больше всего удивляет, что людям это нравится. Они смотрят и думают «Как это круто!» Не знаю, не знаю. Это цирк.

В интервью вас часто сравнивали с «Ленинградом», но ты относишься к этому негативно. А хотели бы, чтобы вас сравнивали с другими какими-то российскими группами?

— Благо, после третьего альбома, который вышел год назад, я больше не слышал сравнений с «Ленинградом». Все-таки мы смогли сделать музыку, после которой только дурак может сказать, что эта музыка похожа на «Ленинград». Эту группу как проект я очень уважаю. Шнурова как создателя, за то, что довел группу до стадионного масштаба. Для России это уникально. Это огромный труд и талант так сделать. Меня расстраивало, когда сравнивали материал. Песни группы «Ленинград» я не считаю музыкально одаренными, а у нас в музыкальном плане больше вложено в песни. С какими группами я хочу, чтобы нас сравнивали? Ни с какими! Потому что 90% русскоязычных групп — говно. Это наша принципиальная позиция, мы это везде и всегда говорим. Большинство групп в России штопают альбомы из одних и тех же песен. Такое ощущение, что они просто слова местами меняют — это ужас. И наконец люди начали это замечать. Надо делать из альбома в альбом разную музыку, подходить по-разному к написанию, записыванию, придумыванию песен, нужно стараться быть разноплановым. И не надо нас с кем-то сравнивать.

В группе девять человек. Часто ли бывают разногласия, ссоры? И как удается уживаться, учитывая, что у всех разные характеры, интересы?

— Мы вообще не ссоримся. Не знаю, почему так выходит. Много мнений — это хорошо, это помогает, когда все высказываются. Обычно если кто-то этого не делает, тебе приходится решать все одному, а было бы желательно, чтобы девять человек сказали свое мнение. А так выработана определенная стратегия поведения. Я, например, не лезу в какие-то споры, касающиеся музыкальной теоретики, потому что я понимаю, что я в этом разговоре бесполезен. Многие выдерживают паузу в каких-то вопросах. Я больше занимаюсь организацией, переговорами. Я спрашиваю мнение по какому-нибудь большому вопросу, а в мелких не советуюсь. Ребята знают, что этим занимаюсь я, и не лезут.

Большинство групп в России штопают альбомы из одних и тех же песен. Такое ощущение, что они просто слова местами меняют — это ужас. 

Вас все-таки много по меркам обычных музыкальных групп. Почти маленький оркестр. Бывает ли сложно сыграться всем вместе?

— На начальном этапе было сложно, а теперь уже нет. Нам проще, у нас своя большая репетиционная база, на которой мы практически живем. Мы проводим на ней время с 10:00 и до 20:00-21:00 и поэтому у нас безостановочная коммуникация друг с другом, просто как у людей. Мы в течение всего года вместе, на концертах, в турах. Ну и мы много репетируем, теперь в сыгранности проблем нет, только индивидуальное мастерство, когда чувствуешь, что, например, на басу партию не дотягиваешь. Если в новой песне не успеваешь что-то, значит, сидишь, занимаешься. А так, чтобы кто в лес, кто по дрова — такого нет уже.

Часто ли вы с группой проводите время вместе вне тура?

— Да так получается, что все время проводим вместе. (Смеется.) В выходные все идут гулять вместе. Жены наши — это подруги, они тоже вместе отдыхают. Поэтому у нас нет другого круга общения. Бывает, ходишь в футбол играть с другими ребятами или в спортзал. А так, круглый год одни и те же рожи.

Какие девушки вам нравятся? И бывали ли интересные случаи с фанатками?

— Умные нравятся, а то ездишь по городам, и, оказывается, это такая редкость. Да, был интересный случай. У нас был концерт в Ярославле, и на следующий день играли в Питере, поэтому сразу же бежали после выступления на поезд. Девушка в состоянии, приближенном к алкогольной коме, говорит: «Я еду с вами!» Мы отвечаем, что едем не на автобусе, а на поезде, но она сказала, что купит билет. Мы думали, она шутит, собираемся, приезжаем, а она уже на вокзале купила билет, в Питере с утра заходит к нам в вагон и спрашивает: «Я вообще где?» Отвечаем: «В Санкт-Петербурге». Вышла с нами на вокзале, купила обратный билет и уехала. Случаев много всяких, но всего не вспомнишь, да и не надо этого делать. (Смеется.)

Лифчики кидали на сцену?

— Кидали, да. У нас в Москве был организованный большой флешмоб — нас закидали лифчиками. Это круто! Наш замечательный саппорт (служба поддержки. — Прим. ред.) GOOD TIMES CREW постоянно что-то придумывает. Когда ты видишь поддержку на концертах, когда не просто вялые лица стоят, когда люди горят, поют песни, когда что-то делают, это здорово!

 У нас в Москве был организованный большой флешмоб — нас закидали лифчиками. Это круто!

Поддерживаете ли вы отношения с фанатами?

— Да, пока не зазвездились и не превратились в говнюков, мы абсолютно открыты, всегда выходим в зал после концерта, со всеми фотографируемся, общаемся. С нашими GOOD TIMES CREW мы вообще максимально плотную связь поддерживаем, максимально помогаем им, а они нам. Мы можем выстраивать концерт так, как попросят нас CREW, например, они что-то придумали, и удобно, чтобы эта песня была бы здесь. У нас нет повода вести себя по-другому.

У нас был тяжелый концерт во Владимире, пришло больше 300 человек, клуб был маленький, гримерка — в другом конце клуба от сцены. Пришлось идти до нее через весь зал, сфотографироваться со всеми — нереально. А были выпившие, те, кто с чего-то взяли, что я их лучший друг, были назойливые девушки, которые вели себя не очень адекватно и культурно. Вот это меня бесило, я вышел раздраженный. А так мы с удовольствием общаемся, фотографируемся, записываем видео друзьям, детям. Последний раз пришла мама отрываться на концерт, а ребенок по возрасту еще не может пройти. И она попросила передать привет на камеру, с удовольствием сделал это.

Сильно расстраиваетесь, когда на концерт приходит мало людей? Или приходят и просто сидят на месте?

— Мы для себя выработали в такую правильную стратегию — работать на сцене надо как для тысячи человек, так и для десятерых. Сначала в голове это укладывалось с трудом. Да, ты расстроен, когда в зале нет людей, но теперь это воспринимается просто. Поехав в первый тур, ты полон амбиций и юношеского максимализма. Думаешь: «Сейчас в каждом городе будет 300 человек!» Нет, не в каждом. В каком-то городе может быть, действительно, десять человек, и это тебя в нужной степени осаживает, обрезает тебе крылья, которые излишне большие выросли.

Теперь мы на это смотрим более спокойно. Это работа, от которой мы получаем удовольствие. Неважно, сколько людей в зале. Конечно, круче, когда стоит 800 человек и горланят твои песни, махают флагами — это вызывает другие, красочные эмоции.

Но мы находимся за 4000 км от своего города, ни разу здесь не были, сегодня вторник (концерт в Омске прошел 31 октября. — Прим. ред.), но на нас все равно пришли люди, и это круто. Я бы не пошел. Неважно, какая группа. Вторник, у меня куча дел, а завтра еще на работу вставать. А если у какого-то количества человек возникло желание купить билеты, значит, все-таки мы занимаемся не бесполезным делом, и для кого-то наши песни что-то значат.

Добавить комментарий
Шедевры Эрмитажа в Омске

Шедевры Эрмитажа в Омске

Рассказываем, какие предметы можно увидеть на выставке в музее им. Врубеля.

Преображение 2.0: как реанимировать кожу за час

Преображение 2.0: как реанимировать кожу за час

Как Николай Рябов и Ольга Алексеева в гости к «Мадам Ву» ходили. О пилингах, масках и чудесах.

Что покажут и расскажут омичам в парке «Россия — моя история»Видео

Что покажут и расскажут омичам в парке «Россия — моя история»

«Новый Омск» приводит любопытные экспонаты и мифы, которые в музее стремятся развенчать.

Владимир Котляров, «Порнофильмы»: «Цой мотивировал, я тоже стараюсь это делать. А Бродский ныл»

Владимир Котляров, «Порнофильмы»: «Цой мотивировал, я тоже стараюсь это делать. А Бродский ныл»

Фронтмен панк-группы рассказал «Классу» о классиках и их местах на корабле современности, протестах против системы и экстремизме.

Преображение 2.0: как Ольга Алексеева и Николай Рябов от рук отбивались

Преображение 2.0: как Ольга Алексеева и Николай Рябов от рук отбивались

Впечатляющие результаты героев, выдержавших одну из самых эффективных процедур текущего сезона.

Как за 15 минут сделать зубы белее?

Как за 15 минут сделать зубы белее?

Об улыбках Николая Рябова и Ольги Алексеевой — со всех сторон.

Какими судьбами: Степан Бонковский приехал в семью «Народного героя» Антона Кудрявцева

Какими судьбами: Степан Бонковский приехал в семью «Народного героя» Антона Кудрявцева

Депутат поздравил самую известную в Омске многодетную семью с прибавлением. Месяц назад у Антона и Людмилы Кудрявцевых родился десятый ребенок.

Гуша Катушкин, музыкант: «Я — бабушка, продающая пирожки. Представитель очень малого шоу-бизнеса»Видео

Гуша Катушкин, музыкант: «Я — бабушка, продающая пирожки. Представитель очень малого шоу-бизнеса»

Автор и исполнитель вирусных хитов приехал в Омск и в преддверии концерта провел неформальную встречу.

Стать звездой: советы от кастинг-директора для тех, кто желает оказаться по ту сторону экрана

Стать звездой: советы от кастинг-директора для тех, кто желает оказаться по ту сторону экрана

Экс-омичка Елизавета Николаева провела мастер-класс в родном городе.

Тест: что вы знаете о революции 1917 года

Тест: что вы знаете о революции 1917 года

Ура, товарищи! Свершилось! Сегодня отмечается 100 лет со дня Великой Октябрьской революции. Еще 30 лет назад в нашей стране любой от мала до велика знал о тех событиях практически все. «Новый Омск» ...

Не на «Жизнь», а на смерть, или Примерит ли Омск «Золотую маску» в двенадцатый раз?

Не на «Жизнь», а на смерть, или Примерит ли Омск «Золотую маску» в двенадцатый раз?

В 2018 году за престижную премию поборется спектакль «Жизнь» театра драмы. Наудачу вспоминаем всех обладателей «Золотой маски» в Омске.

Артем Шаров, фронтмен GoodTimes: «И как мы только ни выступали: и в трусах, и без трусов, и по потолку лазали»

Артем Шаров, фронтмен GoodTimes: «И как мы только ни выступали: и в трусах, и без трусов, и по потолку лазали»

Об отношениях в группе, новых клипах, фанатах и лифчиках на сцене — в нашем интервью с вокалистом эпатажной костромской группы.

Любовный четырехугольник: рецензия на «Канкун»

Любовный четырехугольник: рецензия на «Канкун»

28 октября на сцене Лицейского театра состоялась премьера спектакля «Канкун» по пьесе современного испанского драматурга Жорди Гальсерана.

Анатолий Пахаленко, Nytt Land: «Многим музыкантам хватает выступлений в омских клубах. Надо завязывать с этим»Видео

Анатолий Пахаленко, Nytt Land: «Многим музыкантам хватает выступлений в омских клубах. Надо завязывать с этим»

О фолке, самодельных инструментах, плохих и хороших организаторах, а также гастролях по Европе — в нашем интервью.