Класс

Класс

27 ноября 2017 17.56Интервью

Бранимир, рок-бард: «Хип-хоп я открыл для себя благодаря Омску»

О надломе в жизни мультгероя Скруджа Макдака, отказе от журналистики, безыдейности рока нулевых и омском лейбле «ЗАСАДА production» — в интервью с Александром Паршиковым.

Бранимир, рок-бард: «Хип-хоп я открыл для себя благодаря Омску»

Александр Румянцев

В пятницу, 24 ноября, в Омске выступил один из ярчайших представителей современной отечественной рок-музыки. 32-летний Бранимир зовет себя рок-бардом и выступает как самостоятельный артист. Критики же нарекли музыканта основателем жанра «гностический шансон» и популяризатором «еретического антирэгги».

О русском роке, который не звучит на «Нашем радио», сотрудничестве с группой «25/17» и новом альбоме — в интервью журналу «Класс».

В СМИ и соцсетях вас называют представителем русского рока, но вы позиционируете себя как бард. Почему?

— (Смеется.) Слово бард из моих уст звучит как сарказм. В России каждый человек с гитарой обречен называться бардом. У нас такое клишированное мышление, и люди не особо отличают Розенбаума от Митяева, или Леонида Федорова из «АукцЫона» от Эда Ширана, например. То есть в России каждый человек, который поет только под гитару, называется бардом.

Рок-бард — узкий термин, связанный прежде всего с Александром Башлачевым, Геннадием Жуковым. Это текстовая традиция, которая далека от этих каэспишных, палаточных, костровых дел. Из нее я и являюсь выходцем: пою свои песни под гитару со ставкой на текст.

То есть к классическим бардам вы никакого отношения не имеете?

— Нет! Я совершенно далек от этой эстетики 60-х годов. Содержание моих песен никак не пересекается с основными тематическими направлениями современной авторской песни. Я отрицательно отношусь к этому явлению. Просто по воле судьбы я стал выступать без группы.

А ведь группа раньше была?

— Да, были опыты с группой. Но за последние двенадцать лет я настолько привык играть один, что мне сложно пока кого-то найти, даже чисто психологически.

Но желание в дальнейшем собрать коллектив есть?

— Есть желание экспериментировать в каких-то музыкальных формах. Я хочу взять в группу барабанщика и делать уже более масштабное шоу в плане звука. Я мобильный человек, могу с кем угодно сыграть в любой форме, но для меня всегда важнее было содержание: о чем сказать. Как сказать — второстепенный вопрос. Это свойственно всем рок-бардам, поэтому я просто выхожу с гитарой и пою, и это, наверное, когда-нибудь народу надоест.

В одном из интервью вы говорили о том, что вы росли на русском роке.

— Безусловно, в то время у меня не было другого выбора. Я жил в маленьком городке Котово, там было около 20 тысяч населения. Начал слушать русский рок, потому что там я нашел содержание. «ДДТ», «Алиса», «Наутилус Помпилиус», «Агата Кристи», собирал альбомы групп «Чиж & Co», «Калинов мост», «СерьГа». Я не любил Scooter, Prodigy, «Руки Вверх», считал это все «одноклеточным», а сейчас понимаю, что это часть моего детства и примета того времени. Сегодня я могу послушать даже «Руки Вверх», но для меня это чисто ностальгия, не более того.

С годами я все меньше стал слушать русский рок, потому что узнал о существовании другой музыки. Например, тот же хип-хоп я для себя открыл благодаря городу Омску и лейблу «Засада production». Там были «Грот» и «25/17» —центровые ребята. Это было на рубеже 2010-2011 годов. Меня тогда они резко вдохновили.

А если вернуться к русскому року. Не так давно вы оставили у себя на стене во «ВКонтакте» запись, в которой назвали русский рок нулевых мерзостью.

— Мерзость абсолютная. Это определенная плеяда исполнителей, которая мне не импонирует. Именно русский рок формата «Нашего радио» нулевых годов — ни актуальной формы, ни интересного содержания. Я там вообще не вижу личностей, блеклые, нехаризматичные люди, мне не интересно. Это мое субъективное мнение.

Неужели все?

— Нет, среди них есть, конечно, нормальные ребята, но их на «Нашем радио» не услышишь. В нулевых годах есть андеграунд: «Адаптация» из Казахстана звучит круче многих других известных групп по текстам и музыке. Или группа «Церковь детства» из Ростова-на-Дону — совершенно гениальная команда. Просто они скромные люди. Всегда была такая жесткая доминанта идеологии социал-дарвинизма, то есть прорывается не самый талантливый, а самый расторопный, наглый, амбициозный, самый дерзкий. Это как спортсмены! Но у них есть объективные критерии: кто быстрее пробежит, а здесь —кто быстрее займет место. Мне обидно, порой настоящие творцы не могут пробиться из-за того, что они менее расторопны, или не хотят быть в тусовке, не хотят играть во все эти игры.

А вы стремитесь в эту тусовку?

— Нет. У меня все в порядке, потому что со всеми людьми, с которыми хотел познакомиться, я уже знаком. А лезть куда-то в мейнстрим… я не мыслю этими категориями. Я вижу, что там происходит, как люди туда пробиваются, не хотелось бы повторять их путь. В мейнстриме есть одна очень страшная ловушка — это прокрустово ложе. Мне придется менять форму, усреднять что-то, то есть делать более простые и понятные людям тексты. Опять же цензура! А я не готов пока расставаться со своей самобытностью. Им там и без меня хорошо, а мне прекрасно живется вне этой тусовки. Я в год даю более ста концертов и за рубежом, и в России. С годами гастрольная география только расширяется, и сделок с совестью практически нет, делаю то, что хочу.

А с какого года вы гастролируете?

— Первые гастроли состоялись в 2005 году в Ростов-на-Дону, был важный выездной концерт для меня. А чисто концертами стал жить с 2010-го, тогда бросил работу и начал гастролировать. Уже семь лет в дороге.

По профессии вы журналист, верно? Расскажите о работе в редакции.

— Да, образование у меня журналистское. Когда мне было 17 лет, я переехал в Волгоград и там с большим трудом поступил на факультет филологии и журналистики в Волгоградский государственный университет. Но еще в процессе обучения понял, что журналистика — это не та профессия, в которой я смогу гармонично существовать. Я специальность то выбрал из-за того, что это было меньшее из зол, место, где я могу применить свои гуманитарные навыки. Но мне нужно было чем-то зарабатывать на хлеб и поэтому я пошел в редакцию молодежной газеты. Проработал там три года, дошел практически до должности начальника отдела культуры и образования и понял, что дальше расти только до редактора, но делать это без души нельзя. «Пусть это место займет достойный человек, который будет этим гореть, будет заниматься этим с бОльшим усердием», — решил я.

Человеку должно нравиться то, что он делает. Нужно каждое утро просыпаться и радоваться тому, что идешь на работу. А я не радовался. Также из футбольной команды ушел, когда понял, что номер свой отбываю. Так сложилось, что в десятом классе я играл в футбольной команде, тогда это было модно.

Человеку должно нравиться то, что он делает. Нужно каждое утро просыпаться и радоваться тому, что идешь на работу. А я не радовался.

Сейчас возвращаетесь к журналистике?

— Сделал серию статей про путешествия в Черногорию, Таиланд, Шри-Ланку, Израиль, Германию. Планирую в какой-нибудь журнал продать. Я легко могу к журналистике возвращаться, но только уже как Бранимир. Важно быть собой, а не винтиком в системе.

То есть основная деятельность — музыка?

— Львиная доля, да. Концерты — это малая часть того, что я делаю. Я же сам администрирую еще, в некоторых городах даже сам рекламу делаю, сижу по ночам рассылаю, вместо того, чтобы спать. (Смеется.) Вот это и есть рок-н-ролл! Это и есть цена свободы.

У меня нет музыкального образования, да оно мне и незачем. В свое время я писал колонку в рубрику «Наше подполье» для журнала Dark city про группы российского андеграунда. Еще делал авторскую программу на радиостанции «Свое радио», она называлась «Цветы пустыни», мы сделали более 50 выпусков, еще про группы нашего андеграунда. Все это войдет в книгу, которую я пока еще пишу.

Работаю, вместо того чтобы спать. Вот это и есть рок-н-ролл! Это и есть цена свободы.

Прибыль музыкальная деятельность приносит?

— Да, конечно, я этим живу, и нормально. Хотя первые два года была жизнь впроголодь, потом все наладилось. У меня нет краудфандингов, все делаю сам. Но это при условии, что я один. Если бы у меня была группа, жизнь была бы менее сытая. А у меня и моей семьи есть все необходимое, и я этому рад.

Я знаю, у вас были совместные проекты с группой «25/17» и с Захаром Прилепиным работали. Что вам дало это сотрудничество?

— Да, это мои друзья. Вообще не только с ними, у меня много с кем были проекты, из хип-хопа того же с рэпером Луперкалем записывал треки, с РИЧ, с Прилепиным хип-хоп пытались делать. С «25/17» записали «Сети», это Андрей Бледный (лидер группы) мне предложил, мы плотно общаемся с 2014 года. Сотрудничество предлагают люди разного «калибра», разных жанров, разной, скажем так, идеологической платформы, но я делаю ставку на тех, с кем я знаком и с кем у нас может что-то интересное получиться.

Расскажите про новый альбом. Каким он получился?

— Страшным. (Смеется.) Новый альбом называется «Жизнь и смерть Скруджа Макдака». Скрудж Макдак — это знаменитый персонаж мультфильмов от Disney, скряга, самый богатый селезень в мире, он очень сильно любил деньги. Я семь лет вынашивал эту идею, еще в 2010-м задумал записать альбом про деньги, про человека, который их любит. Я его перенес в Россию в 90-е годы, он всю жизнь зарабатывал деньги, но не может забрать их с собой на тот свет, для него это большая трагедия. В первую очередь я не хотел унижать его, растаптывать, я просто хотел понять его по-человечески, почему так произошло, что он стал любить деньги. Если у тебя в детстве не было велосипеда, а потом ты стал богатым и купил велосипедную фабрику, все равно у тебя в детстве не было велосипеда, и с тобой это останется. Может быть, у него также не было в детстве велосипеда, а потом появился резко. И я поставил задачу понять, где этот надлом происходит, когда он из ребенка превращается в скрягу. Восемь песен альбома — это восемь историй из его жизни. При этом я все сделал в обратной последовательности: от смерти к его рождению. Альбом записан, но у меня все равно много вопросов осталось. Но я думаю, что он получился.

Добавить комментарий
Преображение 3.0: как похудеть за 7 дней

Преображение 3.0: как похудеть за 7 дней

Светлана Машкова и Александр Стрельников лично оценили омский санаторий «НИКА».

Буква гласности: онлайн-реакция на пресс-конференцию Путина

Буква гласности: онлайн-реакция на пресс-конференцию Путина

Ежегодно общение президента с прессой плодит десятки мемов. Пока вы внимаете главе государства, «Класс» транслирует реакцию соцсетей в режиме нон-стоп.

Александр Горлов, фронтмен PalmLine: «Нужно иметь шило в заднице. Очень помогает»

Александр Горлов, фронтмен PalmLine: «Нужно иметь шило в заднице. Очень помогает»

Омская банда, играющая альтернативный рок, рассказала «Классу» о местной сцене, конкуренции между музыкантами и объяснила, чем английский язык лучше русского.

Преображение 3.0: золотые люди

Преображение 3.0: золотые люди

Героями третьего, самого праздничного предновогоднего преображения стали омский ювелир Александр Стрельников и фотомодель, блогер, самая узнаваемая златовласка Омска Светлана Машкова.

Предновогодний культпросвет: 5 событий до конца года

Предновогодний культпросвет: 5 событий до конца года

Итоги работы омских художников, ренессанс от «Тарских ворот» и енотовидная собака в паре с гусем — планируем программу на последние недели 2017-го.

Что омичи знают о взятках?

Что омичи знают о взятках?

В минувшие выходные отмечался Международный день борьбы с коррупцией. «Новый Омск» спрашивает у читателей, что они знают об истории возникновения взяточничества, о законных подарках чиновникам и самых ...

Дмитрий Борисенков, «Черный обелиск»: «В 80-е тяжелую музыку слушали совсем оголтелые. Казалось, выступаешь для больных»

Дмитрий Борисенков, «Черный обелиск»: «В 80-е тяжелую музыку слушали совсем оголтелые. Казалось, выступаешь для больных»

О поколениях металлистов, пустых залах и выборе в пользу «заезжать в проходные города» — в интервью с фронтменом группы с 30-летней историей.

Горячие камни и жемчужный нейл-крем: как получить в подарок заботу и красоту?

Горячие камни и жемчужный нейл-крем: как получить в подарок заботу и красоту?

Участницы проекта «За подарками» протестировали топовые процедуры в салоне «Аура бьюти».

Море не аргумент: премьера спектакля «Вдох-выдох» в Омске

Море не аргумент: премьера спектакля «Вдох-выдох» в Омске

Острая и злободневная работа Евгения Бабаша о маленьких городах и их детях.

Опасные игры в омской «Галерке»

Опасные игры в омской «Галерке»

Театр представил вниманию зрителей новый спектакль «Игра со смертью» про одноименной пьесе драматурга Аркадия Аверченко. Режиссером постановки выступил Владимир Витько.

Сто лет без одиночества: самые крепкие супружеские ВИП-пары Омска

Сто лет без одиночества: самые крепкие супружеские ВИП-пары Омска

Они вместе со школьной скамьи или студенческой парты. Переживали во время выборных кампаний супругов, ездили с ними в затяжные командировки, поддерживали во время информационных войн, навещали в тюрьме. Как вечно ...

Не пытайтесь покинуть ад: премьера в омской драме

Не пытайтесь покинуть ад: премьера в омской драме

Зрителям представили новый спектакль по по пьесе американского драматурга Теннесси Уильямса.

Из Стамбула с любовью: рецензия на фильм «Город кошек»Видео

Из Стамбула с любовью: рецензия на фильм «Город кошек»

На экраны вышел полнометражный документальный фильм о пушистых хозяевах Стамбула — кошках и людях, чей мир они перевернули. Уверены, эти семь историй покорят ваше сердце.