Класс

Класс

13 декабря 2017 16.34Интервью

Александр Горлов, фронтмен PalmLine: «Нужно иметь шило в заднице. Очень помогает»

Омская банда, играющая альтернативный рок, рассказала «Классу» о местной сцене, конкуренции между музыкантами и объяснила, чем английский язык лучше русского.

Александр Горлов, фронтмен PalmLine: «Нужно иметь шило в заднице. Очень помогает»

Александр Румянцев

Группе PalmLine 16 декабря исполняется два года. В преддверии праздника «Класс» пообщался с вокалистом Александром Горловым и барабанщиком Романом Поповом и узнал, чем живет альтернативный рок в Омске.

Вашей группе исполняется два года, какова история ее создания?

Саша: Я играл на гитаре долгое время один, в универе выступал. А потом пришла мысль писать свои песни, похожие на те, которые я слушаю чаще всего — альтернативный рок и постграндж. Прислал Роме тестовую аудиозапись, он сказал: «Норм». Так?

Рома: Я сказал: «*******» (круто. — Прим. ред.)

Саша: И мы полгода собирались. Нашли басиста, соло-гитариста, на первой репетиции я играл на акустической гитаре, пришли к выводу, что надо брать электро. Формат устаканился. Писали песни, играли их. Затем наш гитарист уехал в Питер, мы взяли Витю Романенкова. Он классный гитарист, жесткий виртуоз. Следом ушел басист, и мы взяли Колю Синера из The Street Monkeys. Пришла идея заменить меня на гитаре — взяли еще одного гитариста Колю Захарова. В таком составе сейчас пальмы (PalmLine. — Прим. ред.) и существуют.

Рома: У меня своя история. То, что Саша играл на гитаре, никто не знал. Когда я услышал запись, офигел. Это было очень круто. Я давно хотел делать музыку. На этом мы и сошлись.

Саша: Спелись.

Рома: И это вышло быстро и спонтанно. Ту запись надо оставить как раритет.

Почему выбрали название для группы PalmLine?

Саша: С названием у нас был конфуз. После первой или второй репетиции мы поехали в бар придумывать название. В итоге пили, а название не придумали.

Рома: Что-то все же придумали, но названия были какие-то рабочие, непонятные. Например, троим нравилось, а двоим — нет. Или наоборот.

Саша: Первое название было I came (Я пришел. — Прим. ред.), непонятно почему. Спустя какое-то время я думал, что надо назваться как-то по-хитрому. Сидел, смотрел себе на руку. (Смеется.) И щелкнуло в голове — линия на ладони — прикольно. По-русски мы, естественно, называться не будем. А линия на ладони — это что? PalmLine! А PalmLine — это еще и аллея из пальм. Лично у меня концептуально какие-то ассоциации появились, что PalmLine — это судьба, жизнь. Потому что музыкой мы занимаемся уже очень давно, даже не просто занимаемся, а дышим. А этот путь огражден крутыми деревьями вокруг нас, которые нам нравятся.

Рома: Калифорния.

Вас не смущает, что название путают с омской группой PINE RIDGE? 

Рома: Знаешь, почему путают? Потому что половина музыкантов играет там, половина — в другой группе. Если бы это были отдельные команды, то их бы не путали. Играет роль не название, а музыканты.

Саша: На самом деле я ни разу не сталкивался с тем, что кто-то что-то путал.

Кто в группе пишет музыку, тексты? И как дела с вдохновением?

Саша: Музыка у нас пишется коллективно, а костяк — вот эти четыре аккорда, которые обыгрываются, пишу я под свой голос, под свои возможности, чтобы не выходить за рамки и не косячить.

Если у меня все хорошо — получается русский рок. Если происходит в жизни какое-то дерьмо — альтернатива. А так, на репетиции я показываю вещь, вокал, дальше мы это все обыгрываем, Рома придумывает партии. Вдохновением могут быть какие-то эмоциональные вспышки, нет такого, что надо употребить, чтобы написать. Просто быт давит и быт порождает музыку. И чем он хуже, тем красивее песни.

Почему все ваши тексты на английском? Хотите работать не только на русскоязычную публику?

Саша: Мне кажется, выступать вне России хочет любая группа. Альтернативный рок и постгранж — это такие жанры, которые исполняются на английском языке. Это певучий язык, на нем проще писать, английский создан для такого жанра или, наоборот, этот жанр создан для английского языка.

Рома: В английском пропеваются даже согласные. Поэтому ты любое слово можешь вертеть как угодно, а русский язык жесткий.

Саша: Но, признаюсь, на русском мне писать очень сложно. Сравнимо с ощущением, когда ты садишься за синтезатор и у тебя там 503 эффекта, а ты не знаешь какой выбрать. Так и в русском языке, при написании у тебя в голове куча слов, не знаешь, какие нужно подобрать, чтобы все передать. На английском все гораздо проще. И да, мы бы хотели, чтобы англоязычные ребята слушали нашу музыку, возможно, мы впишемся в каноны альтернативного рока, и у нас получится найти своего слушателя за рубежом.

Не все ваши слушатели в идеале знают английский. И, наверное, даже не понимают, о чем вы поете. Вас такое устраивает?

Рома: Раньше я не знал английский, даже сейчас, зная его, не обращаю внимания на текст, а больше на музыку, на сочетание. Я слушаю не умом, не переводя сразу текст, а ушами и сердцем. В этом и отличие русской музыки от зарубежной. Там могут быть тексты тупые, как в попсе, но важно, как это спето и сыграно. Все русские слушатели слушают в русской музыке только слова. От этого очень страдает музыка.

Саша: Были концерты, на которых люди в первых рядах подпевали слово в слово, не имея аудиозаписи, они знали, допустим, не всю песню, а припев. Я видел, как шевелятся их губы так, как они должны шевелиться в этот момент. Я считаю, что язык не важен. Музыка — это сердце.

Кавер-группы всегда собирают большую публику, почему вы решили работать только в направлении авторских песен?

Саша: Сейчас за широкой аудиторией никто не гонится. Лучше маленькая, но своя. Кавер-группа — это профессия, когда нет своего материала, а есть работа по кабакам, а мы тут занимаемся творчеством. Если мы сделаем какой-то кавер, то это будет настолько космос... Мы будем выбирать песню, а не те, кто на нас ходит.

Рома: Мы будем выбирать из альтернативы, из постгранджа. Это не будет популярная песня, которую подхватят зрители.

Саша: На самом деле, я надеюсь, каверов не будет. Только для себя.

Рома: Мы собрались для того, чтобы делать свои песни. Собрались творить в своем направлении, создавать что-то новое.

Почему вы так редко даете концерты? Они у вас раз в месяц, даже реже.

Рома: Площадок не так много в Омске. А те, которые есть, — все забиты группами, которые приносят прибыль клубу. У клубов есть свой плотный график, и мы редко в него вписываемся.

Саша: На данный момент чаще всего мы выступаем в Викинге (омский фолк-рок-бар. — Прим. ред.).

Рома: Сейчас там больше возможностей выступать.

Обычно группы создаются под влиянием зарубежных команд. На какие группы берете ориентир?

Саша: Музыку, которую мы создаем, нельзя самим сгенерировать, придумать заново — это невозможно. Я слушаю альтернативный рок с детства, в голове происходит синтез всей музыки, которую мы услышали, и выдается что-то похожее. А что касается влияния других команд — его нет, а есть вдохновение от их творчества.

Рома: Мы слушаем разную музыку. Из всего многообразия пытаемся взять самое красивое, что ложится на слух в эту конкретную песню.

Саша: Мы что-то заимствуем, но только для того, чтобы сформировать жанровость внутри команды. У нас нет любимых групп. Мы собираем по крупицам. Плагиата у нас нет.

С кем бы хотели выступить на одной сцене? И почему?

Саша: Для меня это Papa Roach. Это моя юность, молодость. До сих пор слушаю, слежу за их творчеством. И познакомиться с ребятами для меня будет огромной честью. Эти парни очень повлияли на мое творчество, на меня, на мой музыкальный вкус.

Рома: У меня Deftones. Это мои кумиры.

Саша: Я бы не столько хотел сыграть, сколько чтобы они послушали. И сказали бы свое мнение по поводу нашей музыки — качает или нет.

А если бы сказали, что не качает, вы бы перестали писать?

Саша: Им? (Смеется.) Конечно, не перестали бы писать музыку. Был бы какой-то осадок. Но все равно было бы классно, если бы они послушали.

Какие плюсы и минусы омской сцены?

Саша: Куча минусов и не так много плюсов. На омской сцене мы с 2009 года, собаку съели. С 2011 года сцену начали захватывать кавер-группы, потому что музыканты выросли, надо как-то зарабатывать деньги. Резко упал уровень конкуренции. На сцену могут попасть ребята, которые играют некачественно. Не надо долго заниматься, готовиться, чтобы выйти на сцену. Раньше такого не было, и нам приходилось потеть.

Рома: Опять же ситуация с клубами. Они брали играть к себе кого попало. Пока не проснулись старички.

Саша: Да, люди зацепились за стабильность. Играет конкретная группа, и этого достаточно, чтобы бар существовал. Была система. А что касается нынешней ситуации, то я вижу подъем с 2016 года. Группы появляются все лучше, ребята занимаются и стараются — это классно. Минусы — это отсутствие разнообразия площадок.

Рома: Если поездить по стране, то есть клубы, которые по вместимости как Oldman (омский бар. — Прим. ред.), но там стоит такое оборудование, что не стыдно пригласить любых музыкантов. А в Омск приглашается группа, а оборудования нет — это огромный минус к организаторам. От этого страдают и музыканты, они не могут показать все, на что способны.

Саша: А плюсы омской сцены — это люди. Добрые и отзывчивые, которые готовы помочь, помочь репостами, лайками. Плюс достаточно легко организовать концерт. В Омске играть хорошо, но сложно из-за минусов.

Помимо PalmLine, ты (Саша) играешь еще в трех группах. Как удается уделять время каждой группе?

Саша: Все благодаря планированию, разделению, приоритетам и использованию каких-то сервисов: нужно ведь и следить за тем, что ты планируешь.

Рома: Еще надо иметь шило в заднице.

Саша: Да, шило нужно! Оно у меня есть, и очень помогает. Но это нелегко. Бывает усталость, апатия. Но главное —хотеть играть и работать. Конечно, был период, когда я думал со всеми группами завязать, кроме PalmLine, потому что это моя душа. Но это были всего лишь бредовые мысли, а я не могу подвести ребят.

Вы дружите с другими омскими группами? Или вы все здесь конкуренты между собой?

Саша: Ну, например, The Street Monkeys никогда не скажут плохого про PalmLine и другие группы. Они если могут помочь, то помогут. Это не только потому, что я там играю. Все дело в людях, если в группе они хорошие, то мы нормально с ними общаемся. Мы не рассматриваем другие группы как конкурентов. В первую очередь мы коллеги.

Рома: Конкуренции нет. Ты для себя рассматриваешь творчество какой-то группы как плохое или хорошее.

Саша: Мы ни разу не слышали, что кто-то нас считает конкурентами. Мы все дружные ребята. Но мы не будем приветливо общаться с теми, кто оскорбляет нашу группу.

Вы готовите новый альбом, что в нем будет такого, что отличит его от первого?

Саша: Первого, как таковых, нет. Мы начали работу над ним в декабре прошлого года. Почти все готово. Мы начнем работу над вторым альбомом, как только закончим с первым. Во втором альбоме сначала будет EP (три трека. — Прим. ред.), мы достаточно давно планировали его выпустить, но пока не получилось. Если это будет прямо альбом, то там будет от 12 до 14 треков — это 100%, потому что они пишутся, а мы не успеваем их репетировать. Материал идет, надо работать и записывать. Что будет отличать? Я уверен, с приходом второго гитариста звук и исполнение станут качественнее. А я поработаю над вокалом.

Что вы считаете главным достижением группы за эти два года?

Саша: Я считаю достижением порог эмоций на репетиции. Если я вижу, что ребятам в группе классно, значит, мы идем в правильном направлении. Мы пришли к единому составу, который должен быть. За два года мы нашли вектор, по которому стоит двигаться. Нашу ситуацию можно сравнить с портретом Дориана Грея, только наш портрет становится все красивее. Картинка становится лучше.

Добавить комментарий

Комментарии пользователей (всего 3):

Граф Говнякула
О, вот они, будущая БОМЖ-интеллегенция города
13 декабря, 16:43 | Ответить
Роман
[Комментарий удален]
Александр
Настоящая
13 декабря, 22:30 | Ответить
Дмитрий Васильев, дирижер омского симфонического оркестра: «И рэп сыграем»

Дмитрий Васильев, дирижер омского симфонического оркестра: «И рэп сыграем»

19 января в концертном зале состоялась репетиция программы Classic&Rock.

Показали «Срамоту»: выставка 18+ открылась в Омске

Показали «Срамоту»: выставка 18+ открылась в Омске

«Ошибочно думать, что искусство направленно занимается только возвышенным. В прошлом достаточно примеров, когда гений творчества обретал сокрушительную силу и возвышенность духа через низменное и ...

Готов ли ты нырнуть в прорубь?

Готов ли ты нырнуть в прорубь?

Перед тем как перекреститься и самоотверженно отправиться к купели — пройдите наш тест и со всей ответственностью оцените свои силы еще раз.

А  вы пробовали жареных жуков?

А вы пробовали жареных жуков?

Дизайнер и модель Ирина Бумагина побывала в гостях у владельцев бренда «Эко-домик» Юлии и Андрея Перминовых.

Душевный старый новый: Лицейский театр предсказал омичам светлое будущееВидео

Душевный старый новый: Лицейский театр предсказал омичам светлое будущее

В канун старого Нового года в Лицейском напоили и обогрели. Репортаж с доброго и даже семейного капустника.

Преображение 3.0: медвежий коготь для Александра Стрельникова и яблочные часы для Светланы Машковой

Преображение 3.0: медвежий коготь для Александра Стрельникова и яблочные часы для Светланы Машковой

О поющих чашах, посуде, очищающей алкоголь, и самых невероятных подарках.

Что ждет омичей в 2018 году: Live с астрологом Наталией Талисман

Что ждет омичей в 2018 году: Live с астрологом Наталией Талисман

О Буркове, Фадиной, «Авангарде», ЧМ по футболу и многом другом. Внимание! Зрители смогут получить личный экспресс-прогноз во время стрима.

Евгений Тонких, омский художник: «Намажут краску погуще, чтоб было эффектнее, и все»

Евгений Тонких, омский художник: «Намажут краску погуще, чтоб было эффектнее, и все»

В музее «Либеров-центр» открылась выставка «Волшебные сны».

Антон Руднев: «Омский «Авангард», похоже, потерял этот сезон»

Антон Руднев: «Омский «Авангард», похоже, потерял этот сезон»

Наш колумнист рассуждает о том, что происходит в стане «ястребов».

Преображение 3.0: пока Светлана Машкова познавала счастье, Александр Стрельников полез в бочку

Преображение 3.0: пока Светлана Машкова познавала счастье, Александр Стрельников полез в бочку

Дружная компания пришла в уже полюбившийся нам салон «Мадам Ву». Что из этого вышло — в нашем новом выпуске.

Самые чудесные и добрые поступки омичей в 2017 году

Самые чудесные и добрые поступки омичей в 2017 году

В самый волшебный праздник «Новый Омск» вспомнил самые #добрые дела 2017 года.

Собака лает — корпоратив идет: как прошли вечеринки омских компаний в честь года псаФото

Собака лает — корпоратив идет: как прошли вечеринки омских компаний в честь года пса

С кем фотографировался Стас Костюшкин? Кого веселили Артем Муратов и «РУДН»? «Новый Омск» вспоминает, как прошли новогодние корпоративы в местных компаниях.

Креативный класс: топ-10 модных мест и событий с хештегом #Омск2017

Креативный класс: топ-10 модных мест и событий с хештегом #Омск2017

Второй год подряд «Класс» выбирает десять самых ярких ивентов и заведений, за которые рублем, временем и лайком голосовали хипстеры в 2017 году.

Слова 2017 года: что узнали омичиИнфографика

Слова 2017 года: что узнали омичи

Вашему вниманию — 15 слов, о существовании или значении которых омичи не догадывались до 2017 года. Сегодня все они прописались в нашем лексиконе. Просим ознакомиться, чтобы не оставаться за бортом корабля ...

Самые живые омские фотографии 2017 года: кадры, которые стоит увидеть снова

Самые живые омские фотографии 2017 года: кадры, которые стоит увидеть снова

«Новый Омск» пересмотрел все свои (и не только свои) снимки за год и собрал альбом из самых любопытных, эмоциональных и красноречивых фотографий.