Класс

Класс

27 августа 2013 06.35Общество

Светлана Фиксель: «Достояние Омска в отличных музыкантах, а не в группах»

Сентябрь — начало активного концертного и гастрольного сезона. Артисты, промоутеры и все остальные жители нашего города возвращаются из отпусков и постепенно настраиваются на рабочий лад. Однако для кого-то лето — не менее горячий сезон, чем любое другое время года. Например, для Светланы Фиксель, одного из самых известных в Омске промоутеров и арт-директора популярного ирландского бара. О том, как правильно общаться с творческими личностями, как зажигать звезды и отбиваться от бездарностей, и о месте Омска на музыкальном рынке России Светлана рассказала «Классу».
Светлана Фиксель: «Достояние Омска в отличных музыкантах, а не в группах»

Сентябрь — начало активного концертного и гастрольного сезона. Артисты, промоутеры и все остальные жители нашего города возвращаются из отпусков и постепенно настраиваются на рабочий лад. Однако для кого-то лето — не менее горячий сезон, чем любое другое время года. Например, для Светланы Фиксель, одного из самых известных в Омске промоутеров и арт-директора популярного ирландского бара. О том, как правильно общаться с творческими личностями, как зажигать звезды и отбиваться от бездарностей, и о месте Омска на музыкальном рынке России Светлана рассказала «Классу».

— Расскажи, почему и как ты стала промоутером? Ведь этому нигде не учат, дипломы организаторов не выдают.
— Никогда в жизни я не думала, что стану промоутером, не мечтала об этом ни в первом классе, ни даже в одиннадцатом. Образование у меня тоже ни разу не гуманитарное — я информатик-экономист. Изначально, как все активные молодые люди, я была кавээнщицей. В этот период организатор Дмитрий Грезин предложил мне организовывать стендап-вечеринки. Тогда, пять лет назад, этого почти никто не делал, были только мы и Comedy Club. Мы сделали два мероприятия, но я поняла, что это никому не нужно. Однако это был мой первый организаторский опыт.

Потом мои друзья открыли репетиционную студию, где тусовалось большинство омских музыкантов. Благодаря этому у нас была аппаратура, а это 80% процентов успеха любого музыкального мероприятия. Одним из первых масштабных событий, которое я организовывала, был фестиваль Illuminate 11 сентября 2009 года. В нем приняли участие 12 команд, которых я совершенно не знала вплоть до самого феста. Именно тогда появилась группа Systemshock, которая сегодня довольно популярна, и некоторые другие известные команды. Когда он закончился, в 6 утра 12 сентября, я сказала: «Все! Чтобы я еще когда-нибудь в жизни взялась организовывать что-нибудь — да ни за что!»

Но через три дня ко мне пришли музыканты и сказали: «Нам нравится то, что ты делаешь, нравится твой подход. Мы будем тебе помогать — выступать только на твоих мероприятиях, ставить их в приоритет. Главное — делай!» Так и пошло. Конечно, поначалу всё это было не на самом высоком уровне. И если бы я сейчас сделала нечто подобное, то никогда бы себе не простила. Но все с чего-то начинают, и редко кому удаётся сразу делать всё хорошо.

— Ты ведь работала и сама на себя, и в качестве арт-директора разных заведений. Что лучше для промоутера?
— Хороший промоутер выдаёт настоящий конвейер, у него очень много разных направлений, которые далеко не всегда подходят какому-то одному заведению. Возьмём, к примеру, Рому Семёнова, которого в музыкальной тусовке знают как Севера. У него три основных направления: этника, металл и артисты, интересные людям постарше. Естественно, в одном ресторане «У Пушкина», за которым он «закреплён», всё это не организуешь. Поэтому даже если я работаю на один определённый клуб, как сейчас на Harat's, всё равно время от времени организовываю вечеринки в других местах.

— А вообще, ситуация на омском музыкальном рынке как-то меняется?
— Когда в Омске всё это только начиналось, устраивались первые организаторские собрания. Люди могли четыре часа решать, какую цену установить на билеты. Никто не устраивал кастинги, если кто-то из музыкантов выезжал куда-то на фестиваль — это было просто событие века. Раньше музыканты знали, что их концерт состоится, если они продадут как минимум 20-30 билетов. Эта была первая политика, от которой я отказалась, а затем от неё пришлось уйти и всем остальным.

Когда мне было 17-18 лет, мне хотелось продвинуть в нашем городе инди-музыкантов, сделать акцент на более лёгкой музыке, потому что у нас было засилие тяжёлых, кричащих вещей. И мне кажется, мы смогли этого добиться, подарили городу несколько классных новых групп, среди которых те же CattyPatty. Мы стараемся как-то подпитывать новых музыкантов, потому что, если этого не делать, никаких новых проектов не будет. К сожалению, в Омске нет нормальной поддерживающей таланты программы. Даже радио «Максимум» из Омска ушло, и молодым музыкантам некуда встать в ротацию, их просто некому слушать. Плюс колоссальный недостаток площадок, отсутствие опен-эйров, попытки организовать которые каждый раз упираются в нерешаемые проблемы. Результат — у нас не бывает крупных музыкальных мероприятий и фестивалей.

Большой прогресс — в Омске наконец-то начали платить за музыку, хотя у нас это в принципе не принято. Ты себе не представляешь, сколько мне поступает звонков перед каждым более-менее масштабным мероприятием с вопросом: «Света, есть проходка?». Меня это всегда поражает: ну заплати ты эти несчастные 200 рублей, почему из-за твоей любви к халяве музыканты должны выступать бесплатно? Ведь группам нужны ресурсы, чтобы развиваться. Аппаратура, репетиции, гастроли — всё это требует денег.

— Как ты находишь новые таланты?
— Скажу честно, я не очень люблю новые группы. А ещё меньше я люблю их прослушивать. Во-первых, они всегда уверены, что делают всё лучше, чем те, кого мы уже «взрастили» и «вынянчили». Есть у нас проект Soundcheck, в рамках которого мы отсматриваем новые интересные группы, кого-то берём к себе резидентами, кого-то отправляем по другим барам сети. Так появились у нас Barbie Size, Arise, «Доктор Стрейнджлав». Однажды на вечеринку проекта пришла команда. Играли они из рук вон плохо. И вдруг говорят со сцены: «Ребята, пейте пиво в нашем клубе»! А когда я подошла к ним и сказала, что их время вышло, вокалист заявил, что они хотят ещё и якобы имеют на это право. В результате он был в грубой форме отправлен очень далеко. И таких команд очень и очень много. Поэтому обновления сцены в Омске практически нет, как нет и «тяжёлых» групп, зато полно «говнорокеров». Вся омская музыкальная тусовка держится на 30-40 командах, хотя в нашем городе их штук 400 репетирует.

А вообще, целенаправленно я давно уже никого не ищу. У нас есть база групп, с которыми мы давно работаем. Мы любим их, они любят нас. А новые группы обычно сами пишут мне с просьбами организовать концерт. Для организатора гораздо выгоднее, чтобы музыканты сами себя предлагали. Это позволяет сэкономить много денег и нервов.

— Но 30-40 — это же довольно много для Омска, разве нет?
— Раньше бывало и больше. У нас долгое время было засилье тяжёлой музыки, на смену которой пришел поток инди. Появились группы EnFace, «Нега», Bungalow Bums, «Марскаты» и другие. Эти команды дали толчок чему-то новому. Люди наконец стали слушать что-то полегче, появились вечеринки в стиле 70–80-х годов. В этот период групп было очень много. Когда я начинала, можно было объявить сбор заявок на концерт и увидеть их 70 штук. Сейчас их поступает максимум 20-30 и всё это группы, которые ты миллион раз слышал и видел. А все новые коллективы либо пока не разыгрались, либо слишком рано чего-то хотят. Даже чтобы выйти на омскую сцену, надо хоть что-то уметь. Любая публика видит, когда музыканты выступают фигово, и просто больше на них не придёт.

fixel2

Из столиц очень неудобно и дорого ездить в туры. Омск — это стратегически важный город. Отсюда можно прокатиться сначала на восток, вернуться отдохнуть и поехать на запад.


— Как вообще сейчас обстоят дела на омском музыкальном рынке? Есть интересные группы?
— Омск сильно потерял в группах. Особенно когда произошла массовая миграция в Питер. Самым печальным для меня стал очередной распад группы CattyPatty. Ребята были очень перспективными, хотя и немного сумасшедшими. Их хорошо принимали по всей России, такую музыку просто донести до Москвы и до Питера, потому что там любят подобный стиль. Чтобы куда-то пробиться, нужно сделать нечто необычное, уникальный продукт. Например, есть очень классная группа «Доктор Стрейнджлав», которая использует в своих выступлениях элементы театральной постановки. Но такую музыку сложно продать в столице, потому что андеграунд у нас не пользуется особой популярностью.

Достояние Омска не в группах, а в офигенных музыкантах. Омские музыканты ценятся везде. И они не только по нашим группам занимаются «проституцией», но играют в известных на федеральном уровне коллективах. Например, есть обалденный барабанщик Антон Шохерев, который, как мне кажется, по 25 часов в сутки репетирует, настолько он хорош. А другой омич, Артём Клеменко, написал всю музыку для «Обе две» и «АлоэВера». И таких талантов множество. Омские группы держатся на классных музыкантах, если такие есть в их составе. Ведь что главное в жизни? Найти своих и успокоиться. Так вот омские таланты не успокоятся, пока не найдут друг друга. Именно поэтому наши коллективы ещё множество раз распадутся, «перетасуются» между собой и поменяют название. Я не могу сказать с уверенностью, что кого-то из сегодняшних музыкальных групп мы увидим на федеральной сцене. Но омских музыкантов в составе других коллективов увидим обязательно.

— Если сравнивать ситуацию на омском музыкальном рынке с другими городами Сибири, кто выигрывает?
— Если брать ближайших соседей, то у нас все ещё не так плохо. Я бы даже сказала, что лучше, чем у нас, только в Красноярске. Раньше была хорошая музыкальная сцена в Новосибирске, но сейчас она испортилась. Там есть коммерческие группы, типа «Рви меха оркестр», но какого-то уникального продукта нет практически ни у кого. Действительно перспективных групп в городе две, и они там выступают на каждой вечеринке, удивительно, как людей от них ещё не тошнит. Ну а Красноярск — это второй Екатеринбург. У них есть отличная группа Limebridge, которая два раза ездила на гастроли в Германию, выиграла кучу фестивалей, пишет второй альбом. Они делают англоязычную музыку, а значит, смогут пробиться в Европу. Есть группа Rocco, которая в Питере разогревала толпу перед выступлением Deep Purple по собственной просьбе музыкантов последней. Можно перечислять бесконечно. Когда мне всё надоедает в Омске, я беру билет и еду на пятничную вечеринку в Красноярск, зная, что мне обязательно понравится. Плюс там есть классное прогрессивное заведение «Эра», которое привозит «Машу и медведи», «Мои ракетки вверх» и многие другие группы.

— Но круче всех, конечно, Екатеринбург?
— Ёбург сейчас вообще московскую и питерскую сцену питает, как мне кажется. В столицах на огромное число плохих групп приходится пара-тройка хороших. Для сравнения, в Омске этот процент — 50 на 50. Там концерт начинающих групп считается более менее успешным, если на него пришло 20-30 человек, а в Омске мы ради такого количества даже напрягаться не будем. Екатеринбургские группы «Курара», «Сансара» — в топе в столицах. Там живут Synoptix, которых приглашали представлять Россию в Голливуд как лучших отечественных битбоксеров. Все музыканты, которые там появляются, делаю всё очень круто. Я не знаю, в чем секрет. То ли воздух у них такой, то ли наркотики лучше.

— Омск часто называют в плане ивентов довольно отсталым городом. Ты с этим согласна?
— В Омске сейчас осталось всего пять организаторов. У нас между собой все давно поделено и договорено – конкуренции нет. Когда я начинала, было 25 организаторов. Тогда каждую субботу в городе проходило по пять вечеринок и все пытались сделать что-то интересное. Кроме того, проблема в том, что у нас нет нормальных городских мероприятий. Я разговаривала с организаторами Городского пикника ещё на этапе подготовки. Предлагала подогнать им спонсоров и привезти классную группу, но они проигнорировали предложение. Они большие молодцы, что делают такие мероприятия, но не всегда хорошие идеи удается так же круто воплотить.
Вот, к примеру, «Горки». Идея классная, но это открытая площадка, на которую нужно очень много звука, если хочется проводить там живые концерты. Но в то же время живой концерт с нормальным звуком в том месте закроется через полчаса. Это историческая часть города, а значит, обязательно кто-нибудь на это пожалуется. Кроме того, у ребят нет цели заработать деньги, хотя на открытом мероприятии подобного пикнику масштаба это можно было бы сделать легко.

— Насколько омские музыканты конкурентоспособны на рынке Сибири и России вообще?
— На рынке Сибири — вполне конкурентоспособны. Например, большие надежды я возлагаю на группу Groggy. На федеральном рынке — если только те, кто уехали.
Думаю, чего-то добьются группы Bungalow Bums, Twisted, EnFace. У каждой есть своя «фишка», только нужно не расслабляться и двигаться изо всех сил.

— Очень многие омские музыканты уезжают в Питер или Москву. Насколько это оправданно, как ты считаешь?
— Вообще не оправданно. Из столиц очень неудобно и дорого ездить в туры. Омск — это стратегически важный город. Отсюда можно прокатиться сначала на восток, вернуться отдохнуть и поехать на запад. Если в Питере или в Москве нет договоренности с продюсером и никто там особенно не ждёт, то такие переезды я называю «Омские музыканты поехали побухать в новых декорациях». За это меня многие «поуехавшие» группы не любят. Одно время меня туда звали продвигать всю омскую музыкальную тусовку. И я даже собиралась, а потом подумала: «А зачем?» Они там все не первый год и многие нужный момент уже упустили. Например, группа «Нега», которая в Омске была очень популярна и перспективна. Уехали в Питер и благополучно там распались.

— Тяжело общаться с музыкантами?
— По-разному. Некоторые группы бывают очень неорганизованными. Перед концертом я могу открыть «ВКонтакте» и увидеть там сообщения от всех членов команды с одним и тем же вопросом «Во сколько саундчек?», на который я уже ответила вокалисту. Есть, конечно, «звёзды» а ля «принесите мне мое фуа-гра». Но со многими группами мы уже сработались, и мне достаточно просто выразительно посмотреть на музыкантов, чтобы они поняли: так делать не надо.

Творческие люди — они своеобразные. Сегодня все вместе бухают в гримёрке, а завтра говорят мне: «И всё-таки твоя группа — г*но». А послезавтра снова вместе бухают. Причём считается, что самые «звезданутые» группы обитают в столицах. Это не так. У меня есть знакомые мегаталантливые и востребованные музыканты из Москвы, которые совсем не зазнаются. А есть омские группы-однодневки, которые мнят себя королями сцены. Они считают, что для успеха достаточно создать группу во «ВКонтакте» и поставить картинку на аватарку. Многие считают, что я должна делать их популярными. Но это работа менеджера группы. Нужно придумывать свои «фишечки», заманивать публику на концерты, продвигать себя любыми способами. Например, CattyPatty печатали футболки со своими логотипами, которые с удовольствием покупали и носили их фанаты.

— Что самое сложное и самое приятное в работе организатора вечеринок?
— Знаешь, есть такая штука — называется «синдром организатора». Это когда промоутер регулярно «бросает заниматься концертами» — после каждой новой вечеринки. Обостряется он обычно в январе — после беспрерывного марафона вечеринок. Эта работа очень выматывает. Во-первых, ты тратишь очень много нервов. Во-вторых, у тебя нет никакого режима жизни, покой тебе только снится. В третьих, тебя 99,9% музыкантов не любят, потому что ты на всех наживаешься, по общей теории. Хотя я лично думаю, что на омских концертах я больше потратила, чем заработала. Тебя группы обвиняют во всех косяках: что никто не пришел, что плохой звук, что гитарист не умеет играть на гитаре. Плюс к этому ты с ними не спишь и не бухаешь, что совсем не оставляет тебе никаких шансов на симпатию. Кроме того, у тебя нет выходных, эта работа занимает тебя полностью. Мне даже во сне видятся концерты, а не какое-нибудь порно, как всем остальным. Именно поэтому промоутеров очень мало — немногие выносят этот режим.

Но в этой работе есть и свои плюсы. Это творческое дело, через которое ты можешь самовыражаться, делать что-то интересное. Ты сам себе хозяин, практически никому не подчиняешься. И здесь нет рутины: всегда что-то новое, ты каждый день как на войне. Огромным количеством знакомств я тоже обязана этой работе. Концерт — это такое место, где все становятся единым целым — слушают одну музыку, знакомятся, общаются. При этом люди здесь немного другие, не такие, как вчера и завтра. Бывает, смотришь: девушка танцует на столе, начинает раздеваться, трясётся самолётом, а потом оказывается, что она практикующая учительница начальных классов. Все мы отягощены заботами, а стрессу нужно давать выход. Одно могу сказать точно: эта работа тебя не отпускает, я пыталась бросить её огромное количество раз.


Интервью: Анастасия Шугаева

Добавить комментарий
Алексей Степочкин-Тищенков: «Вожатые омской школы получают до 24 тысяч в месяц»

Алексей Степочкин-Тищенков: «Вожатые омской школы получают до 24 тысяч в месяц»

О мире детей и вожатых, саморазвитии и немного о деньгах — в нашем интервью с создателем школы вожатых в Омске.

Двадцать дорог: первый экскурсионный флешмоб в Омске

Двадцать дорог: первый экскурсионный флешмоб в Омске

24 сентября в Омске пройдет экскурсионный флешмоб, в рамках которого омичи смогут посетить более двадцати экскурсий. Все они будут бесплатные.

Омичи будут отдыхать треть следующего года (КАЛЕНДАРЬ)Инфографика

Омичи будут отдыхать треть следующего года (КАЛЕНДАРЬ)

Из 365 дней 118 будут выходными, в том числе 27 — праздничными.

Красота без жертвФото

Красота без жертв

Участники проекта «За подарками» отправились исследовать салон красоты «Нимфа».

Энтеровирусная инфекция в Омске: как не заболеть и не заразить другихИнфографика

Энтеровирусная инфекция в Омске: как не заболеть и не заразить других

«Новый Омск» приводит рекомендации министра здравоохранения, врача и специалиста Роспотребнадзора.

Начало по-французски в омском ТЮЗе

Начало по-французски в омском ТЮЗе

Новый сезон театр откроет премьерой спектакля по мотивам пьесы Жана Батиста Мольера.

Преображение: Марина Хариби и Андрей Маслов на пути к идеалу

Преображение: Марина Хариби и Андрей Маслов на пути к идеалу

Один месяц, два героя, четыре этапа, один победитель. Вашему вниманию — очередной преобразующий проект «Нового Омска». Поехали!

Тысячи омичей вместе с LВидео

Тысячи омичей вместе с L'ONE танцевали локтями под первым снегом (ВИДЕО)

Несмотря на дождь и, по сообщениям очевидцев, даже снег, — омичи дождались артиста и отстояли концерт. Как это было — в нашей подборке.

Говорит и показывает: на три дня омские улицы станут площадкой для арт-экспериментов

Говорит и показывает: на три дня омские улицы станут площадкой для арт-экспериментов

С 8 по 10 сентября в рамках фестиваля современного искусства «Экспериментальные выходные» омичей приглашают на программы «Смотри!», «Говори!» и «Слушай!»

Александр Могилев, хореограф: «Мы оторвали у «запорожца» аккумулятор, раскидали ДВП у кинотеатра и стали танцевать на шапку»

Александр Могилев, хореограф: «Мы оторвали у «запорожца» аккумулятор, раскидали ДВП у кинотеатра и стали танцевать на шапку»

Топовый хореограф России рассказал «Классу» о столичных провинциалах и закулисье шоу «Танцы».

Все возрасты покорны: в Омске прошел первый «СимфоРокПарк»Видео

Все возрасты покорны: в Омске прошел первый «СимфоРокПарк»

О том, каким был третий open-air Омской филармонии — в нашем репортаже.

От Бразилии до Японии: в Омске пройдет кукольный фестиваль

От Бразилии до Японии: в Омске пройдет кукольный фестиваль

С 22 по 27 сентября в нашем городе состоится международный фестиваль « В гостях у Арлекина».

Омская предпринимательница Марина Хариби спорила с Тарасом Бульбой, а Виктору Скуратову понравился только первый день в школеФото

Омская предпринимательница Марина Хариби спорила с Тарасом Бульбой, а Виктору Скуратову понравился только первый день в школе

Представители бизнеса и власти поделились воспоминаниями о своих школьных годах и провели сегодняшний день в компании первоклассников.

Как я провел лето: омские ВИПы сели за парты «Класса»

Как я провел лето: омские ВИПы сели за парты «Класса»

Сочинения Малькевича, Сумарокова, Деменского и Семикиной оценил учитель русского языка.