Класс

Класс

31 октября 2013 08.54Интервью

Владимир Шалак: «Остановитесь, одумайтесь! Не фантазируйте!»

Пока перипетии вокруг конкурса по Омской крепости всё ещё закручиваются, мы взяли интервью у одного из главных героев этой истории, который до сих пор оставался в тени. Директор департамента культуры администрации Омска, который в итоге формировал проект реконструкции Омской крепости, Владимир Шалак рассказал «Классу» о том, что сейчас его больше всего заботит получение хотя бы какой-то толики средств на восстановление памятника. 

Владимир Шалак: «Остановитесь, одумайтесь! Не фантазируйте!»

Вадим Харламов

— Завершился общественный конкурс идей для Омской крепости, и мне бы хотелось узнать, как в департаменте культуры видят возможность включения результатов конкурса — не самих проектов, а вообще идей — в проект, который направляется в Москву?

— Во-первых, я хочу сказать, что в Москву отправляется в первую очередь проектно-сметная документация на ремонт тех зданий, которые есть сегодня в Омской крепости. Их всего девять. Восемь из них находятся ещё в сильно изношенном состоянии, а обозный сарай чуть ли не разрушен. Тем не менее мы его восстанавливать будем.

Когда в июле проводили общественные слушания на базе Дома ветеранов, ваш визави выступал там тоже. Я говорил о том, как можно было бы использовать эти здания. Мы предлагали размещение и музеев, и творческих коллективов, и камерного театра «У Тобольских ворот», и камерного оперного дома. Ведь оперный дом когда-то существовал при крепости. Потом, когда возникли общественные движения и возникли проекты, которые были выставлены в краеведческом музее, я ознакомился с ними со всеми. Переходя от проекта к проекту, понял, что практически все предложения, которые поступали от общественных организаций, в той или иной мере пересекались с нашими. Это говорит о том, что все думают об одном: как можно мощно насытить крепостные сооружения.

Что касается победителей, то выступая и на подведении итогов я говорил: какой-то проект, если он победил, не обязательно будет взят за основу. Мы, скорее, скомпилируем все, что там предложено всеми общественными организациями и выберем наиболее интересные, ещё раз посоветовавшись со всеми. Только после этого мы будем наполнять помещения. Но сегодня главная задача — их реконструировать. Износ зданий составляет до 93 процентов, некоторые вызывают опасение: доживёт ли то или иное помещение до следующего года? Мы сегодня уже у края находимся: год-два — и мы нескольких зданий недосчитаемся. Там одно здание, где была Преображенская церковь и цейхгауз, уже на подпорках стоит и расползлось, как книга, которую поставили на корешок и которая расходится. Стоит только убрать эти подпорки — и оно развалится. По двести лет здания стоят, они ведь не ремонтировались никогда. Я там везде был: где потолка нет, где по балкам ходишь. Но из этих зданий можно сделать конфетку. Мы обязательно прислушаемся к мнению и молодёжных объединений, и ветеранских, и краеведов, и историков. Никто не будет навязывать свою волю. И мы будем со всеми советоваться.

shalak1

Но я бы хотел высказать свою точку зрения, которую высказывал уже со всех трибун, выскажу и ещё раз. Я бы не хотел, чтобы Омская крепость после реконструкции осталась мертворождённой. Мне кажется, что крепость, находясь в самом центре города, имеет право на круглосуточную жизнь. А для этого там должны быть обязательно кафе или ресторан. Это должны быть и интересные творческие проекты, театральные. Личное предложение — чтобы там обязательно был городской театр поэзии. Я думаю, что там обязательно должны быть музеи и музейные экспонаты, причём в первую очередь я бы расселил там не музеи современного искусства, а разместил бы музей городского быта Владимира Ивановича Селюка. Почему? Потому что у него показана вся история развития города Омска, у него много каких-то старых открыток, вещей, именно музей городского быта должен стать базовым на мой взгляд там, в крепости. Краеведческий музей у нас есть, музей изобразительных искусств есть, музей просвещения есть, музей современного искусства Омска есть — мы его еще отремонтируем, а вот музея быта как такового нет.




— Откуда взялись эти два миллиарда? Все говорят о них...
— А я вам скажу. Когда 1 февраля приезжал министр культуры Владимир Ростиславович Мединский, зашла речь о том, что надо бы попросить, раз мы идем к 300-летию. Андрей Иванович Голушко в этом помог, а Мединский поддержал предложение. Потом губернатор Назаров побывал у президента, тот тоже поддержал — 300 лет все-таки. 3 сентября этого года губернатор отправил письмо на имя председателя правительства Медведева, 4 сентября Медведев поставил Мединскому визу: «Прошу подготовить предложения по восстановлению объектов культуры города Омска на условиях софинансирования». А когда речь возникла о суммах — какие же суммы надо просить — мы были даже в некоторой растерянности. За основу мы взяли одно из зданий Омской крепости, на которое была подготовлена проектно-сметная документация, мы умножили ее на количество помещений. За день же всю смету не подготовить. Затем, когда речь пошла о проектировании, взяли только то, что находится на территории, где была воинская часть. Но там есть ещё здания, которые находятся в федеральной собственности: патологоанатомический корпус и картографическая фабрика, причем последняя — ещё и акционерное общество. Как забирать? Учредители отдадут их бесплатно? А денег на выкуп у нас нет. Я не буду вам все раскрывать, но вот так и набиралась эта сумма, она для нас была как отправная точка, к которой мы должны стремиться. А реально мы понимали, что не может быть такой суммы сразу набрано. Если бы у нас было время хотя бы год один, то мы бы тогда подготовили бы смету на все и вся, в том числе на восстановление Воскресенского собора. Но так как у нас всего три месяца, то вот получается то, что получается. Мы просто должны поблагодарить всех людей, кто принимал участие и в проектировании, и в разработке, и в том числе общественные организации, которые принимали участие в подготовке общественных проектов и выставляли их в краеведческом музее.

Предложения по крепости таковы. Сегодня мы практически завершили подготовку проектно-сметной документации — укрупненной, не детализированной. Мы примерно знаем стоимость всего, что нужно будет на ремонт, но еще мы должны будем изучить стоимости подсоединения инженерных сетей. Сумма получается довольно значительная, но тем не менее общественники решили встретиться с губернатором Виктором Назаровым и ещё раз предложить своё видение...

Износ  зданий составляет до 93 процентов, некоторые вызывают опасение: доживёт ли то или иное помещение до следующего года? Мы сегодня уже у края находимся: год-два — и мы нескольких зданий недосчитаемся.

— Мы как раз подошли к важному вопросу: кто принимает окончательное решение, какие проекты включать в итоговый документ, и кто проектирует?
— Департамент культуры занимается организацией и подготовкой проектно-сметной документации. Мы координируем.

— А департамент архитектуры и градостроительства?
— Депкульту было поручено подготовить проектно-сметную документацию, сразу после совещания у вице-губернатора Гамбурга в конце июля этого года, мы, понимая жесткие сроки — ведь нам отводилось всего два с половиной месяца на подготовку — пригласили специалистов: Татьяну Викторовну Широкову из «Омскгражданпроекта» и Татьяну Павловну Малиновскую из творческой архитектурной мастерской «Мостовика». Они взялись за эту работу, я им благодарен за то, что вся крупная проектно-сметная документация и все расчёты готовы. И день и ночь работали. Мы свою часть работы выполнили — то, что нам было поручено по протоколу. Но теперь вторая часть.
Нужно пройти экспертизу. Есть экспертиза историко-культурная, этим занимается Наталья Леонидовна Удина, есть экспертиза, которая осуществляется на уровне Главгосэкспертизы, она означает, что вся проектно-сметная документация должна проходить проверку на правильность расчётов. Когда мы пришли в Главгосэкспертизу нам сказали: у вас определены федеральные источники финансирования? Мы говорим, что федеральные источники мы можем получить только тогда, когда представим проектно-сметную документацию в Москву. На что нам было сказано: «Когда получите, тогда и приходите». А Москва требует от нас проектно-сметную документацию. То есть противоречие. Но мы должны к 300-летию Омска хоть что-то сделать, у нас в городе, кроме Омской крепости, как вам известно, такого практически ничего и нет.

— На встрече с общественниками у губернатора присутствовал заместитель министра культуры Иван Шеин, который сообщил о том, что готовы все документы по смете, но Виктор Иванович Назаров высказал сомнение в том, что в Москве это будет принято с успехом. По его мнению, нужно подать не только документы по ремонту зданий, но еще и какую-то концепцию. Есть ли она?
— Мы ведь с вами проводили общественный конкурс и выставку для того, чтобы проработать эту концепцию. Нам недолго ее составить, она уже и на бумаге, и в головах у нас есть. И вот, исходя из предложений всех общественных организаций, мы по существу уже знаем, в каком помещении что бы мы предполагали делать. У нас есть такое, и мы это дадим. На основе уже имеющихся идей будет все скомпилировано.

— Понятно. То есть не только смета туда поедет?
— Дорогой мой человек, перед вами сидит тот, кто в свое время возглавлял и областное управление культуры, по-нынешнему — министерство, и я знаю как защищать проекты в Москве. Поэтому мы подготовим проект так, как этого требуют москвичи.

— Кто же будет докладчиком?
— Я думаю, что Виктор Прокопьевич (Лапухин, министр культуры Омской области. — Прим. ред.). Возможно, Вячеслав Викторович Двораковский. Я думаю, кто-то из руководителей регионального правительства, может быть, это будет Юрий Викторович Гамбург, который возглавляет оргкомитет по Омской крепости. А может, и сам Виктор Иванович Назаров возглавит делегацию: ведь на кону стоят большие деньги, чтобы можно было их получить и использовать. Как известно, ни в городском, ни в областном бюджетах таких средств нет, и если нам Москва поможет, это позволит спасти исторические здания от разрушения.

Вряд ли кто-то позволит сделать магистраль у крепости. Мы десятилетиями разрабатываем различные планы, но тем не менее от теории до практики, как известно, дистанция огромная

— Вот вы сейчас говорите о том, что нужно отремонтировать здания и наполнить их каким-то функционалом. Заложены ли в вашей документации расходы на пространство между этими зданиями, на обустройство набережной у крепости или строительство дороги, как в генплане? Идеи участников общественного конкурса совсем не считаются с этой дорогой, многие её и не хотят.
— Вы знаете, вряд ли кто-то позволит сделать эту магистраль у крепости. Мы десятилетиями разрабатываем различные планы, но тем не менее от теории до практики, как известно, дистанция огромная. Все же будет зависеть от финансирования, может, это не появится ещё в течении пятидесяти или ста лет. О чём мы говорим сейчас? Мы сейчас должны выступать не прожектёрами, а государственниками: мы должны побеспокоиться о том, что есть, и сохранить то, что есть. Сегодня много предложений: надо восстановить земляной вал, надо восстановить то-то, надо восстановить это. Да много чего можно нафантазировать! Я всегда спрашиваю: где взять деньги? Я задаю один сакраментальный вопрос всем — и все сразу замолкают. У нас, если говорить о крепости, есть руины Воскресенского собора. Когда мы задаем вопрос о том, что делать с руинированным памятником истории и архитектуры, многие говорят: надо воссоздать культовое сооружение, другие говорят: надо создать музей. Я говорю: как только вы в намоленный фундамент собора положите несколько рядов кирпича, епархиальное управление сразу же скажет: «Отдайте его нам. Это наше, вы разрушили, вы и восстанавливайте». А разрушали-то все вместе, хотя мы с вами и не жили в то время. В этой ситуации я говорю: давайте воссоздадим руинированный памятник истории, сделаем что-то типа саркофага, чтобы ни снег, ни дождь, ни мороз не могли бы больше влиять на кирпичную кладку, которая является настоящим памятником. К тем камням можно прикоснуться и пропустить через голову и сердце этот кусочек истории. А рядом стоит жилой дом на Спартаковской - по санитарным нормам, ни одна проектно-сметная документация на восстановление не будет утверждена в этих условиях. Есть разные предложения: расселить людей (и это в центре-то города), заложить окна, сделать стенку и расписать её. В принципе, это возможно, если кто-то бы дал несколько миллиардов рублей на то, чтобы выкупить эти шикарные квартиры.

История как известно не знает сослагательного наклонения. Когда уже все случилось, то не надо уже делать ничего. Тогда надо просто дальше и пойти и восстанавливать другие памятники.



— Хватит ли этих пресловутых двух миллиардов, которые…
— Ну, почему же они «пресловутые»? Я вот как раз у всех спрашиваю, когда мне горячие головы начинают говорить: «Два миллиарда», «Памятник потерянным двум миллиардам»... Вот этот сарказм у наших журналистов присутствует. Вместо того чтобы без сарказма реально оценить, а что же мы можем на безденежье сделать, каждый норовит уколоть существующую власть: «Лучше бы то, лучше бы это». Да мы сами знаем, что лучше бы то, лучше бы это. Еще бы кто-нибудь подсказал источники, как лучше это сделать. Я конкретный человек, всю жизнь во власти работал и привык решать конкретные дела. Я считаю, что в этой ситуации нам надо получить хотя бы то, что мы можем получить, и хотя бы отреставрировать здания.

Все ухватились за эти два миллиарда, а мы на эти два миллиарда что считали: мы туда вкладывали и восстановление Воскресенского собора, и восстановление крепостного рва, и восстановление крепостных зданий, и, перейдя через Омку, археологические раскопки на территории первой Омской крепости. Главная задача сейчас — получить хотя бы на условиях софинансирования какую-то толику средств, очень бережно отнесясь к каждому рублю, вложить их в реставрацию этих зданий, отреставрировать их и собраться с общественниками. И по каждому зданию вплоть до того, чтобы с указкой пройтись и спросить, кого и что устраивает. Я вам говорю, на этапы надо разбить: первый — реставрация, второй — наполнение согласно предложениям, но они не должны быть догматическими. Мы должны работать к трехсотлетию города под единым лозунгом: «Мы омичи». Не делясь на «мы» и «они». Все вместе живем в одном городе, вот все вместе и должны быть озабочены конкретными реальными делами. Надо научиться слушать и слышать друг друга. Тогда у нас всё получится.

— Был проведен конкурс идей, который всё же является формой опроса общественного мнения. Конкретных проектов нет, идеи — это предложения. Общественники предложили губернатору сделать следующий конкурс, который будет профессиональным архитектурным, а идейным технически заданием для него послужат результаты общественного конкурса. Может быть, это будет международный, может быть, только общероссийский конкурс, который бы проводился в течение двух-трёх месяцев...
— А деньги?

— Деньги на организацию конкурса….
— Нет, их нет ни на организацию, ни на воплощение.

Я конкретный человек, всю жизнь во власти работал и привык решать конкретные дела

— На воплощение — это те самые деньги, которые министерство культуры…
— О чём вы говорите? Это нереально, я хочу всех приземлить сразу. Привезли проектно-сметную документацию, привезли концепцию в Москву. Если минкульт утверждает наши предложения — а стоит помнить, что защита также происходит и в минэкономики, и в минфине — если минкульт утвердит и мы попадем в федеральную целевую программу, то определят федеральную долю финансирования, определят долю регионального финансирования и определят долю муниципального финансирования. Тогда на условиях тройного софинансирования начнутся работы. Если после этого вы говорите, мы объявляем международный или всероссийский конкурс, — откуда взять источники на проведение этого конкурса? Это дорогостоящее занятие, я вам хочу сказать. Это первое. Второе: допустим, нашли деньги на проведение конкурса, прошлись с шапкой по кругу, выявлен победитель конкурса, он начинает разработку проекта и вносит проект, который стоит, например полтора миллиарда рублей. А нам выделили 300 миллионов. Откуда брать остальные деньги?

— Почему 300 миллионов? Ведь речь идет о двух миллиардах.
— Речь идет о двух миллиардах, которые были просто нарисованы под эту идею. Их нет, они в головах есть, а на самом деле нету. Когда начинаем считать, то одна казарма без инженерии — 135 миллионов, вторая — 125, третья — 115, итого уже 375 миллионов на три казармы. Инженерная мастерская — 27 миллионов, арсенал запасного оружия — 37 и цейхгауз артиллерийский — 64 миллиона. Всего 503 миллиона. Плюс инженерные присоединения, по которым смету еще нужно подготовить. Плюс еще 280 миллионов на одну из казарм, переданную сейчас минобороны — это бывшая поликлиника, а сейчас в ней находится автономное учреждение «Омская крепость». Так мы наберем около 800 миллионов сегодня. Затем эти деньги Москва распределяет: к примеру, берет на себя 60%, 25% берет регион и 15% — муниципальный бюджет. Я не знаю, какая у них градация. Должны найти деньги город, область и федеральный бюджет. Чтобы конкретно заниматься этим делом, нужно вносить конкретные предложения и конкретно знать предмет разговора.

Люди добрые, о чём мы говорим?! Возникла уникальная возможность получить хоть какие-то крохи — остановитесь, одумайтесь, дайте возможность получить хотя бы это и отремонтировать то, что есть. Не фантазируйте. Есть и другие проблемы: на что дороги отремонтировать, деревья старые срезать, дома обшарпанные привести в порядок, мосты отремонтировать, канализацию, теплотрассы... Откуда деньги брать на всё это? Вы извините меня, но я привык всё время правду в глаза говорить, я не привык юлить. Я любому — хоть журналисту, хоть кому — только правду в глаза скажу.

Когда встают представители казачества и говорят, что надо в обозном сарае восстановить конюшню, — это в двадцать первом веке, в центре города! На территории Омской-то крепости! Как вы к этому отнесетесь? Здорово? Я считаю, что когда люди приходят на общественные слушания, они должны очень сдержанно, кратко и чётко предлагать свои предложения.

В горсовете я что должен буду делать? Также эмоционально доказывать всем: ребята, мы уже сработали? Я к этому всегда отношусь с юмором.

— В оргкомитете конкурса и сами участники просто не знают, что делает администрация, и не уверены, что их идеи примут. Общественники намерены идти в горсовет, чтобы там выработать рекомендации для концепции и проектов, которые готовит мэрия.
— Опять мы возвращаемся. Надо уже не заслушивать, а заниматься конкретными делами. Есть орган исполнительной власти, нам было поручение — и мы его сделали. Вот эти двери в моём кабинете скоро с петель сорвутся, потому что они никогда не закрываются. Сюда идут все. Ну почему общественники не придут? Давайте я к вам приду. Мы можем собрать хоть полный зал, и я вам расскажу все о проблемах и существующих путях их решения.

Илья Севастьянов

Добавить комментарий
Омичи, которые смогли: топ-10 «засветившихся» на телеэкране

Омичи, которые смогли: топ-10 «засветившихся» на телеэкране

Вспоминаем самые яркие выступления наших земляков, которые попали в эфир федеральных каналов и добавили к образу любимого города несколько незабываемых штрихов.

Где омичам погулять в Новый год: карта праздничных мероприятий

Где омичам погулять в Новый год: карта праздничных мероприятий

«Новый Омск» выяснил, где горожанам можно отметить главный праздник.

Режиссер, снявший «28 панфиловцев»: «Как так, что человек из Омска будет снимать большое кино. Это возможно?»

Режиссер, снявший «28 панфиловцев»: «Как так, что человек из Омска будет снимать большое кино. Это возможно?»

Сегодня в прокат выходит новый фильм о войне. Режиссером кинокартины стал омич Ким Дружинин (совместно с Андреем Шальопа). Премьера на больших экранах совпала с 32-м днем рождения кинематографиста-земляка, но сам ...

Будь мужиком!

Будь мужиком!

Тот, кто считает ноябрь самым скучным месяцем, просто не читал нашего проекта. В честь Всемирного дня мужчин мы запускаем «Брутальный сезон» и делимся горячими спецпредложениями от известных омских ...

Художница-портретист Катерина Балинская: «Вдохновение всегда в людях, смотрю на их лица и слушаю их голоса»

Художница-портретист Катерина Балинская: «Вдохновение всегда в людях, смотрю на их лица и слушаю их голоса»

Создатель паблика СTHRN и художница-портретист Катерина Балинская рассказала «Классу» о своем творчестве и отношении к современному искусству.

Киркоров, Леннон, Кобейн и другие известные плагиатчики

Киркоров, Леннон, Кобейн и другие известные плагиатчики

Пять фактов о неосознанном музыкальном плагиате, вошедших в историю.

Артем Клименко, бас-гитарист «АлоэВера»: «В личку Вере шлют гениталии. А все, что помимо, — может быть использовано для песни»

Артем Клименко, бас-гитарист «АлоэВера»: «В личку Вере шлют гениталии. А все, что помимо, — может быть использовано для песни»

Музыканты группы «АлоэВера» рассказали «Классу» о ценителях винила, самой популярной песне и ненависти к собственным клипам.

По примеру премьера: Топ-10 зеркал для фото в Омске

По примеру премьера: Топ-10 зеркал для фото в Омске

«Класс» пробежался по инстаграмам омичей и выяснил, какое оно — омское зазеркалье.

Ноябрьнуло: в Омске прошел III фестиваль современного искусства

Ноябрьнуло: в Омске прошел III фестиваль современного искусства

Лофт, самокаты и баблы. О том, каким был ежегодный фестиваль «НОЯБРЬ», — в нашем репортаже.

Ой, мамочки: женщины, давшие жизнь известным омичам (ФОТО)Фото

Ой, мамочки: женщины, давшие жизнь известным омичам (ФОТО)

По случаю Дня матери мы узнали, о чем грустят и смеются мамы губернатора Виктора Назарова, предпринимательницы Екатерины Вахрушевой, дизайнера Анны Долганевой, ресторатора Юрия Чащина и других успешных людей.

Маме привет от «Нового Омска» (фото)Фото

Маме привет от «Нового Омска» (фото)

Раз в году, в День матери, корреспонденты «Нового Омска» воспользовались служебным положением и передали привет своим мамам через сайт. Ведь в погоне за лидерством мы не всегда уделяем им должное ...

Чем бы дяди ни тешились: новогодние корпоративы в Госдуме (ВИДЕО) Видео

Чем бы дяди ни тешились: новогодние корпоративы в Госдуме (ВИДЕО)

«Новый Омск» посмотрел, как проходили капустники в зале заседаний, и оценил таланты депутатов Госдумы РФ.

«Вечность» с политиком и многодетной мамой Алесей Григорьевой

«Вечность» с политиком и многодетной мамой Алесей Григорьевой

«Я бы запретила его показывать, написала бы: «Беременным вход строго воспрещен». После фильма хочется уйти в монастырь»

Пять лет альтернативы: 15 громких имен в музыкальной хронологии омской «Ракеты»

Пять лет альтернативы: 15 громких имен в музыкальной хронологии омской «Ракеты»

Лучшие независимые музыкальные проекты, ротирующиеся в эфире омского некоммерческого интернет-радио. Все, что вы могли пропустит за пять лет вещания.

В Омске пройдет фестиваль «Ноябрь»

В Омске пройдет фестиваль «Ноябрь»

Рассказываем, где, когда и что можно будет посмотреть.