Ваш Ореол

Ваш Ореол

04 сентября 2015 12.00Колумнисты

Японцы в Сибири

2 сентября - День победы над Японией. Когда-то давным-давно он широко праздновался у нас, пусть не так, как 9 мая, но потом про него подзабыли. Видимо, потому, что та война по масштабам, потерям и продолжительности не идёт ни в какое сравнение с кровопролитной четырёхлетней битвой против гитлеровской Германии, возможно, и потому, что японцы всё же не захватывали нашей земли, не выступали в роли оккупантов. Потому и не было у нашего народа против японцев такой ненависти и жажды мщения. Более того, сибиряки повсеместно жалели этих несчастных, которые попали в плен, тем более что японцев, чтобы далеко не везти, размещали как раз в лагерях на Дальнем Востоке и в Восточной Сибири.

В нашем роду бытует семейное предание, которое я слышал от своих родных и из первых уст: от моей тётки - тёти Оли. Она жила в войну в Черногорске, шахтёрском городке на юге Красноярского края, где обитала в разных селениях и вся наша родова.

Поздней осенью 1945 года в Черногорск пригнали колонны пленных японцев. Разместили их в наспех приготовленных бараках, обнесли всё это колючей проволокой. Скоро и зима наступила. По городку разнеслись слухи: японцы жестоко страдают от наших сибирских морозов, да и кормёжка у них неважнецкая. У наших тоже было не густо. Выживали сами за счёт того, что одноэтажный Черногорск был фактически большой деревней: около каждого домика обширный огород. Так что картошка и прочие овощи водились.

Однажды тётя Оля наварила картошки больше обычного, но почему-то хлебный «паёк» домочадцам сократила. На ворчание по этому поводу домашних прикрикнула: нажимайте, мол, на картошку; чай, не голодаете! Потом завернула сэкономленный хлеб в тряпицу, обмотала чугунок с картошкой тряпками и куда-то отправилась, никому ничего не сказав. Шла, почти таясь, оглядываясь, была не уверена: правильно ли она поступает. И не накажут ли её за это? Подходя к лагерю военнопленных японцев, стала замечать похожие фигуры, которые с разных концов города по тропкам брели к одной точке - воротам в лагерь. Из тропинок образовался этакий японский веер. Она оказалась совсем не одинока. Некоторые бабы уже раньше неё протоптали сюда дорожки по снегу. Они и рассказали ей, как можно передать еду японцам и что конвоиров мало и они не злые. Охрана была действительно немногочисленной: а куда японец побежит по Сибири зимой? Далеко ли убежит? Еду конвой не отбирал: тётки сами предлагали солдатам её часть, и те брали понемногу - только для себя.

После первого своего похода тётя Оля вернулась потрясённая. Сидела, плакала. «Они же как дети… маленькие… заморенные… все кашляют. Господи!» Потом пошла в красный угол к иконам: молиться за иноверцев.

Никто из домашних не осудил поход тёти Оли, и в дальнейшем все стойко сносили сокращение своего хлебного пайка. Японцы, как могли, выражали свою благодарность русским тётушкам, кланялись, плакали. Однако, приняв еду, они что-то ещё лопотали по-своему, показывая жестами непонятное. Похоже, что-то просили. И так каждый раз. Бабы пожимали плечами: «Вам что, мало? Ну, уж сколько можем». Наконец один конвоир объяснил тёткам: «Да рис они у вас просят. Рис». - «Ох ты! Рис. Да где ж мы его возьмём!»

А у тёти Оли, сколько помню, была какая-то хроническая болезнь желудка. И ей полагалась диета. Потому у неё и продовольственные карточки были особые. Правда, отоваривались они весьма нерегулярно: время от времени. Да и то всё обычно ограничивалось белым хлебом, который другим вообще не выдавался. Но очень редко перепадало и ещё кое-что. И вот однажды ей сказали, что на диеткарточку можно получить рис. Она очень обрадовалась, как-то договорилась о замене белого хлеба рисом, то есть за то, что она не будет получать белый хлеб два месяца ей дали относительно большой кулёк риса. Боже, какая радостная она примчалась домой! Радовались и домашние, уже всё поняв, поняв и то, что им уж точно не перепадёт риса нисколько. «Вы-то обойдётесь, - приговаривала тётка Оля, кашеваря у печки. - Жили без риса сто лет и ещё столько проживём без него. А японцам нельзя без него: умирают каждый день человек по двадцать». Сварив рис в самой большой кастрюле, тётя Оля особо тщательно обмотала её несколькими шалями и отправилась в свой привычный путь к лагерю.

И снова, как в первый раз, вернулась потрясённая. «Они… мне…, - давясь от слёз, говорила она, - руки целовали…». Она смотрела удивлённо на свои обветренные крестьянские крепкие руки. Ей никто и никогда рук не целовал. Потом зарыдала в голос. И это наша «железная» тётя Оля, которая по складу была покрепче многих мужиков, и в войну одна-одинёшенька сохранила  здравии всех детей.

История эта подзабылась. Вспомнил я об этом, когда мы с тётей Олей хоронили мою маму в том же Черногорске. Кладбище разрослось и подошло к тому месту, где были лагеря японских военнопленных. Когда все потихоньку разошлись, у могилы задержались мы вдвоем с тёткой. Я оглянулся и вдруг заметил, что сразу в десяти шагах от могилки матери расстилается большое поле, утыканное странными колышками. Их было очень много. «Тетя Оля, что это?» - «Так это ж японцы лежат. Крестов-то им не положено». Я охнул, попытавшись глазом охватить всё поле. Не получилось. Колышки уходили до горизонта: земли в Сибири много, чего её жалеть. Посмотрел на эти маленькие столбики, их кончики с одной стороны были затёсаны: вроде там имена были когда-то, а может, всего лишь номера. Но всё смылось дождями, а столбики почернели.

Господи, за что, за какие грехи погибли эти безответные и невинные солдаты, эти люди?! На чужбине, в голоде и холоде, в непривычном для них климате они умирали десятками тысяч. Они ведь не были захватчиками, не топтали русской земли, большинство из них не сделало ни одного выстрела. «Ах, война, что ты сделала подлая!?»

Мы стояли вдвоем с тётей Олей, повернувшись лицом к огромному полю, усеянному чёрными колышками. Она снова начала плакать, теперь она уже оплакивала не сестру. Я бы таким русским тёткам поставил памятник: как они в дождь, в стужу и метель бредут со своими узелками, чугунками и кастрюльками к лагерям для военнопленных. Это же тоже подвиг, великий подвиг сотворения добра: у них ведь в доме лишней еды не было ни куска.

Материал был опубликован в газете «Ваш ОРЕОЛ» № 35(868) от 2 сентября 2015 г.

Добавить комментарий
Омичи, которые смогли: топ-10 «засветившихся» на телеэкране

Омичи, которые смогли: топ-10 «засветившихся» на телеэкране

Вспоминаем самые яркие выступления наших земляков, которые попали в эфир федеральных каналов и добавили к образу любимого города несколько незабываемых штрихов.

Где омичам погулять в Новый год: карта праздничных мероприятий

Где омичам погулять в Новый год: карта праздничных мероприятий

«Новый Омск» выяснил, где горожанам можно отметить главный праздник.

Режиссер, снявший «28 панфиловцев»: «Как так, что человек из Омска будет снимать большое кино. Это возможно?»

Режиссер, снявший «28 панфиловцев»: «Как так, что человек из Омска будет снимать большое кино. Это возможно?»

Сегодня в прокат выходит новый фильм о войне. Режиссером кинокартины стал омич Ким Дружинин (совместно с Андреем Шальопа). Премьера на больших экранах совпала с 32-м днем рождения кинематографиста-земляка, но сам ...

Будь мужиком!

Будь мужиком!

Тот, кто считает ноябрь самым скучным месяцем, просто не читал нашего проекта. В честь Всемирного дня мужчин мы запускаем «Брутальный сезон» и делимся горячими спецпредложениями от известных омских ...

Художница-портретист Катерина Балинская: «Вдохновение всегда в людях, смотрю на их лица и слушаю их голоса»

Художница-портретист Катерина Балинская: «Вдохновение всегда в людях, смотрю на их лица и слушаю их голоса»

Создатель паблика СTHRN и художница-портретист Катерина Балинская рассказала «Классу» о своем творчестве и отношении к современному искусству.

Киркоров, Леннон, Кобейн и другие известные плагиатчики

Киркоров, Леннон, Кобейн и другие известные плагиатчики

Пять фактов о неосознанном музыкальном плагиате, вошедших в историю.

Артем Клименко, бас-гитарист «АлоэВера»: «В личку Вере шлют гениталии. А все, что помимо, — может быть использовано для песни»

Артем Клименко, бас-гитарист «АлоэВера»: «В личку Вере шлют гениталии. А все, что помимо, — может быть использовано для песни»

Музыканты группы «АлоэВера» рассказали «Классу» о ценителях винила, самой популярной песне и ненависти к собственным клипам.

По примеру премьера: Топ-10 зеркал для фото в Омске

По примеру премьера: Топ-10 зеркал для фото в Омске

«Класс» пробежался по инстаграмам омичей и выяснил, какое оно — омское зазеркалье.

Ноябрьнуло: в Омске прошел III фестиваль современного искусства

Ноябрьнуло: в Омске прошел III фестиваль современного искусства

Лофт, самокаты и баблы. О том, каким был ежегодный фестиваль «НОЯБРЬ», — в нашем репортаже.

Ой, мамочки: женщины, давшие жизнь известным омичам (ФОТО)Фото

Ой, мамочки: женщины, давшие жизнь известным омичам (ФОТО)

По случаю Дня матери мы узнали, о чем грустят и смеются мамы губернатора Виктора Назарова, предпринимательницы Екатерины Вахрушевой, дизайнера Анны Долганевой, ресторатора Юрия Чащина и других успешных людей.

Маме привет от «Нового Омска» (фото)Фото

Маме привет от «Нового Омска» (фото)

Раз в году, в День матери, корреспонденты «Нового Омска» воспользовались служебным положением и передали привет своим мамам через сайт. Ведь в погоне за лидерством мы не всегда уделяем им должное ...

Чем бы дяди ни тешились: новогодние корпоративы в Госдуме (ВИДЕО) Видео

Чем бы дяди ни тешились: новогодние корпоративы в Госдуме (ВИДЕО)

«Новый Омск» посмотрел, как проходили капустники в зале заседаний, и оценил таланты депутатов Госдумы РФ.

«Вечность» с политиком и многодетной мамой Алесей Григорьевой

«Вечность» с политиком и многодетной мамой Алесей Григорьевой

«Я бы запретила его показывать, написала бы: «Беременным вход строго воспрещен». После фильма хочется уйти в монастырь»

Пять лет альтернативы: 15 громких имен в музыкальной хронологии омской «Ракеты»

Пять лет альтернативы: 15 громких имен в музыкальной хронологии омской «Ракеты»

Лучшие независимые музыкальные проекты, ротирующиеся в эфире омского некоммерческого интернет-радио. Все, что вы могли пропустит за пять лет вещания.

В Омске пройдет фестиваль «Ноябрь»

В Омске пройдет фестиваль «Ноябрь»

Рассказываем, где, когда и что можно будет посмотреть.