Ваш Ореол

Ваш Ореол

04 сентября 2015 12.00Колумнисты

Японцы в Сибири

2 сентября - День победы над Японией. Когда-то давным-давно он широко праздновался у нас, пусть не так, как 9 мая, но потом про него подзабыли. Видимо, потому, что та война по масштабам, потерям и продолжительности не идёт ни в какое сравнение с кровопролитной четырёхлетней битвой против гитлеровской Германии, возможно, и потому, что японцы всё же не захватывали нашей земли, не выступали в роли оккупантов. Потому и не было у нашего народа против японцев такой ненависти и жажды мщения. Более того, сибиряки повсеместно жалели этих несчастных, которые попали в плен, тем более что японцев, чтобы далеко не везти, размещали как раз в лагерях на Дальнем Востоке и в Восточной Сибири.

В нашем роду бытует семейное предание, которое я слышал от своих родных и из первых уст: от моей тётки - тёти Оли. Она жила в войну в Черногорске, шахтёрском городке на юге Красноярского края, где обитала в разных селениях и вся наша родова.

Поздней осенью 1945 года в Черногорск пригнали колонны пленных японцев. Разместили их в наспех приготовленных бараках, обнесли всё это колючей проволокой. Скоро и зима наступила. По городку разнеслись слухи: японцы жестоко страдают от наших сибирских морозов, да и кормёжка у них неважнецкая. У наших тоже было не густо. Выживали сами за счёт того, что одноэтажный Черногорск был фактически большой деревней: около каждого домика обширный огород. Так что картошка и прочие овощи водились.

Однажды тётя Оля наварила картошки больше обычного, но почему-то хлебный «паёк» домочадцам сократила. На ворчание по этому поводу домашних прикрикнула: нажимайте, мол, на картошку; чай, не голодаете! Потом завернула сэкономленный хлеб в тряпицу, обмотала чугунок с картошкой тряпками и куда-то отправилась, никому ничего не сказав. Шла, почти таясь, оглядываясь, была не уверена: правильно ли она поступает. И не накажут ли её за это? Подходя к лагерю военнопленных японцев, стала замечать похожие фигуры, которые с разных концов города по тропкам брели к одной точке - воротам в лагерь. Из тропинок образовался этакий японский веер. Она оказалась совсем не одинока. Некоторые бабы уже раньше неё протоптали сюда дорожки по снегу. Они и рассказали ей, как можно передать еду японцам и что конвоиров мало и они не злые. Охрана была действительно немногочисленной: а куда японец побежит по Сибири зимой? Далеко ли убежит? Еду конвой не отбирал: тётки сами предлагали солдатам её часть, и те брали понемногу - только для себя.

После первого своего похода тётя Оля вернулась потрясённая. Сидела, плакала. «Они же как дети… маленькие… заморенные… все кашляют. Господи!» Потом пошла в красный угол к иконам: молиться за иноверцев.

Никто из домашних не осудил поход тёти Оли, и в дальнейшем все стойко сносили сокращение своего хлебного пайка. Японцы, как могли, выражали свою благодарность русским тётушкам, кланялись, плакали. Однако, приняв еду, они что-то ещё лопотали по-своему, показывая жестами непонятное. Похоже, что-то просили. И так каждый раз. Бабы пожимали плечами: «Вам что, мало? Ну, уж сколько можем». Наконец один конвоир объяснил тёткам: «Да рис они у вас просят. Рис». - «Ох ты! Рис. Да где ж мы его возьмём!»

А у тёти Оли, сколько помню, была какая-то хроническая болезнь желудка. И ей полагалась диета. Потому у неё и продовольственные карточки были особые. Правда, отоваривались они весьма нерегулярно: время от времени. Да и то всё обычно ограничивалось белым хлебом, который другим вообще не выдавался. Но очень редко перепадало и ещё кое-что. И вот однажды ей сказали, что на диеткарточку можно получить рис. Она очень обрадовалась, как-то договорилась о замене белого хлеба рисом, то есть за то, что она не будет получать белый хлеб два месяца ей дали относительно большой кулёк риса. Боже, какая радостная она примчалась домой! Радовались и домашние, уже всё поняв, поняв и то, что им уж точно не перепадёт риса нисколько. «Вы-то обойдётесь, - приговаривала тётка Оля, кашеваря у печки. - Жили без риса сто лет и ещё столько проживём без него. А японцам нельзя без него: умирают каждый день человек по двадцать». Сварив рис в самой большой кастрюле, тётя Оля особо тщательно обмотала её несколькими шалями и отправилась в свой привычный путь к лагерю.

И снова, как в первый раз, вернулась потрясённая. «Они… мне…, - давясь от слёз, говорила она, - руки целовали…». Она смотрела удивлённо на свои обветренные крестьянские крепкие руки. Ей никто и никогда рук не целовал. Потом зарыдала в голос. И это наша «железная» тётя Оля, которая по складу была покрепче многих мужиков, и в войну одна-одинёшенька сохранила  здравии всех детей.

История эта подзабылась. Вспомнил я об этом, когда мы с тётей Олей хоронили мою маму в том же Черногорске. Кладбище разрослось и подошло к тому месту, где были лагеря японских военнопленных. Когда все потихоньку разошлись, у могилы задержались мы вдвоем с тёткой. Я оглянулся и вдруг заметил, что сразу в десяти шагах от могилки матери расстилается большое поле, утыканное странными колышками. Их было очень много. «Тетя Оля, что это?» - «Так это ж японцы лежат. Крестов-то им не положено». Я охнул, попытавшись глазом охватить всё поле. Не получилось. Колышки уходили до горизонта: земли в Сибири много, чего её жалеть. Посмотрел на эти маленькие столбики, их кончики с одной стороны были затёсаны: вроде там имена были когда-то, а может, всего лишь номера. Но всё смылось дождями, а столбики почернели.

Господи, за что, за какие грехи погибли эти безответные и невинные солдаты, эти люди?! На чужбине, в голоде и холоде, в непривычном для них климате они умирали десятками тысяч. Они ведь не были захватчиками, не топтали русской земли, большинство из них не сделало ни одного выстрела. «Ах, война, что ты сделала подлая!?»

Мы стояли вдвоем с тётей Олей, повернувшись лицом к огромному полю, усеянному чёрными колышками. Она снова начала плакать, теперь она уже оплакивала не сестру. Я бы таким русским тёткам поставил памятник: как они в дождь, в стужу и метель бредут со своими узелками, чугунками и кастрюльками к лагерям для военнопленных. Это же тоже подвиг, великий подвиг сотворения добра: у них ведь в доме лишней еды не было ни куска.

Материал был опубликован в газете «Ваш ОРЕОЛ» № 35(868) от 2 сентября 2015 г.

Добавить комментарий
Один день в ДПС: рейд по «запрещенке», погоня за маршруткой и житье-бытье

Один день в ДПС: рейд по «запрещенке», погоня за маршруткой и житье-бытье

Корреспондент «Нового Омска» узнал, сколько ручек инспекторы держат в рукаве, насколько выгоднее работать по ночам и как насторожить полицейского с жезлом.

Омская станица Генераловка: пчелиный релакс, пастораль с русскими борзыми и банный лайфхак от атаманаВидео

Омская станица Генераловка: пчелиный релакс, пастораль с русскими борзыми и банный лайфхак от атамана

Настоящий атаман рассказал «Новому Омску», сколько веников брать в парилку, а пчеловод объяснил, от чего у полезного насекомого портится настроение.

Инстаграм-подборка: как омские 11-классники отметили выпускной

Инстаграм-подборка: как омские 11-классники отметили выпускной

Вчера, 23 июня, состоялся общегородской выпускной вечер на Иртышской набережной. Как это было, смотрите инстаграм-подборке «Нового Омска».

Шикарный маршрут для медового месяца, мальчишник в Турции и самолет для молодоженов

Шикарный маршрут для медового месяца, мальчишник в Турции и самолет для молодоженов

Гости «Нового Омска» узнали главное о свадебных путешествиях.

Вручение ОмСКАРа: топ-10 нелепых случаев, попавших в объективы омских камерВидео

Вручение ОмСКАРа: топ-10 нелепых случаев, попавших в объективы омских камер

«Класс» выбрал самые курьезные видео последнего года, герои которых и не подозревали, что прославятся на весь честной интернет.

Школа и журналистика: сбрось кумира с корабля современности

Школа и журналистика: сбрось кумира с корабля современности

В прошлом выпуске проекта мы определились с редактором школьного журнала «ДВИЖ», и наконец настал момент представить всю детскую редакцию на суд читателя.

Тест: а вы бы смогли работать в «Новом Омске»?

Тест: а вы бы смогли работать в «Новом Омске»?

Нашему сайту уже два года. Мы много времени проводим на рабочем месте и, в принципе, считаем его достаточно удобным, а работу — интересной. Но что бы сказали вы, оказавшись на нашем месте?Пройдите тест и ...

НеГородской Пикник: 12 часов, пять площадок, десятки участников и тысячи омичей

НеГородской Пикник: 12 часов, пять площадок, десятки участников и тысячи омичей

24 июня в парке на Королева состоится пикник-2017. Музыкальные выступления, мастер-классы, лекции, конкурсы, ярмарка и другие активности под отрытым небом.

Эмоциональная редакция: набор гифок и стикеров от «Нового Омска»

Эмоциональная редакция: набор гифок и стикеров от «Нового Омска»

В честь двухлетия мы вновь решили рассказать, какой он «Новый Омск» в лицах.

Калачинск-тур: лук и тимбилдинг, кукла-сваха и песни-пляскиВидео

Калачинск-тур: лук и тимбилдинг, кукла-сваха и песни-пляски

«Новый Омск» показывает колорит нового тура на коубах.

Как «Новый Омск» уходил от новостей и пришел к свободе (ВИДЕО)

Как «Новый Омск» уходил от новостей и пришел к свободе (ВИДЕО)

Наш сайт официально изменил слоган. На смену ударному стахановскому лозунгу «Что ни день, то новости» пришел почти философский «Сайт для свободных людей».

Где лучше, чем у бабушки?Инфографика

Где лучше, чем у бабушки?

Куда отдать ребенка, пока детский сад на каникулах.

Омских волонтеров кормит принцесса-кулинар из рода арабского шейха

Омских волонтеров кормит принцесса-кулинар из рода арабского шейха

Наргиз Хакимова рассказала, почему решила стать участником акции «Десант добра».

В омской Пушкинке есть Ельцинка

В омской Пушкинке есть Ельцинка

Продолжаем рассказывать о сокровищах областной библиотеки

В цвет: в Омске состоялось масштабное гранд-дефиле арт-резиденции

В цвет: в Омске состоялось масштабное гранд-дефиле арт-резиденции

300 чашек кофе в день показа, 150 луков на сцене и втрое больше в зале, именитые гости и достойные работы участников — все это красивейшее гранд-дефиле, прошедшее в Омске в минувшие выходные.