Деловой Омск

Деловой Омск

11 апреля 2016 11.06Интервью

Алексей Маклаков: «Фортуна, как любовь, которую ты искал всю жизнь и встретил внезапно»

Два дня, 2 и 3 апреля, актер, получивший широкую известность после выхода фильмов «Ночной дозор», «Дневной Дозор», а также сериала «Солдаты», играл на сцене омского театра в спектакле «Тестостерон». В воскресный вечер Алексей Маклаков вместе с председателем Клуба деловых женщин, а по совместительству директором ООО «Бизнес-центр DIAMOND» Екатериной Вахрушевой и директором «Пятого театра» Никитой Гриншпуном встретился с корреспондентом «ДО». Актер рассказал, чего стоит популярность и как не дать близким убежать в ночь, если профессия норовит занять все свободное время.

Алексей Маклаков: «Фортуна, как любовь, которую ты искал всю жизнь и встретил внезапно»

Александр Румянцев

От года к году вы по-разному оценивали вашу малую родину. Впрочем, заезжать в Новосибирск не торопитесь.

— Родина — она одна. О моем городе остались только хорошие впечатления и позитивная память. Все, что могу сказать. Мне кажется, это отдает кокетством, но пока туда мне просто не хочется.

Находите новосибирского зрителя скупым на эмоции? Омская публика в этом похожа на жителей соседнего региона?

— Новосибирцы не скупы. К ним привозят огромное количество спектаклей разного уровня, и у публики, как мне кажется, появилось перенасыщение и потеря чувства реальности. Виноват не зритель, а очень спорный продюсерский рынок. Что касается омской публики, я с трепетом к ней отношусь, потому что вас отличает одно качество — терпимость. Омичи внимательнее относятся к тому, что происходит на сцене. Терпимость для меня — это определение интеллекта человека. Скажу честно, я не приезжал сюда со спектаклями, что изобилуют количеством громких имен. Но я думаю, здесь есть фильтр, который отсеивает некачественный продукт. Если я прав, то «браво» еще раз омскому зрителю.

Разделяете ли работу со звездами и провинциальными актерами?

— Я слишком поздно стал известным, чтобы настолько испортиться. Нельзя делить работы в столице и провинции, не очень люблю это слово, кстати. Играть здесь — огромная ответственность. Ребята, которые выходят с тобой на сцену, просто не ухватили фортуну за хвост, как я. Они не виноваты, что работают за три-четыре тысячи рублей в месяц, поэтому «звездить» просто цинично. Никита (директор «Пятого театра». — Прим. ред.) нащупал перспективу, возрождение ангажемента. С одной стороны, это коммерчески выгодно, с другой — дает театру жизнь. Я рад, что мне удалось сняться в фильме «Скупой жирный заяц». Он был посвящен именно провинциальному артисту, это некий памятник таким театрам.

То есть бежать в столицу актеру не обязательно?

— Ну почему же. Все хотят быть знаменитыми, это естественно. Я всегда говорил, что тут скрывать, мне подфартило. Слышал, есть верный способ привлечь удачу: в — 40 °C поплевать на металл или лизнуть его. Что сказать, может на четвертый день после реанимации фортуна придет. Спорно, конечно. Фортуна — это как любовь, которую ты искал всю жизнь... и внезапно встретил. Здесь прямая аналогия с женщиной.

Вы не раз говорили, что были уличным мальчиком, несмотря на то что мама —настоящий интеллигент. Сейчас у вас подрастают две дочери. Стараетесь ли их оградить от влияния улицы?

— Это невозможно, да и материться при них, я, к сожалению, себе позволяю. Например, когда смотрю, как играет «Спартак». В остальном я стараюсь им подавать пример, как друг. У нас есть такое слово «корефан», Сонька где-то услышала и принесла. Вот мы корефаны. Им и так будет сложно в жизни, потому что они девушки. На мой взгляд, жизнь девушки труднее всех в мире существ, поэтому я стараюсь их баловать.

Из истории «бабий век короткий»?

— Проблески в косметологии и лазерной терапии улучшат ваше внешнее состояние еще на длительное время, но женщина рождена жить другими, за это я очень люблю и ценю вас. В конце концов, женщина меня формировала, она мне подарила все, что есть лучшего в этом мире.

После смерти вашей мамы место главного критика свободно?

— Нет, у меня есть жена Аня. Еще друзья, но их очень мало. Два-три человека, с каждым из которых мы вместе уже больше 35 лет. Вообще, дружба — сложная вещь, ведь друзья имеют право критиковать. А просто потрепаться я могу и с вами.

О вашей избирательности в отношении материала знают все. Пропускаете продукт через внутренние фильтры «хорошо» / «плохо»?

— К сожалению, век наступивший очень сер для искусства в целом. Но я стараюсь выбирать насыщенный, глубокий, интересный материал. Возьмем «Тестостерон». Подчеркнуто литературно грубый спектакль. Вы видите нашу мужскую жизнь, почти задокументированное общение. Поверьте, оно резко отличается от вашего. Хотя... не знаю.

Или «Солдаты» — это наш русский сериал. Он не украден, не адаптирован. Да, он грешил литературными отклонениями, но его смотрело огромное количество человек. Знаете, что такое два миллиарда просмотров? Этого не удостоился ни один сериал, даже американский. Такая популярность связана и с темой. У мужчин есть три самые яркие зоны, которые определяют его жизнь — это вы, женщины, затем дела семейные — свадьба, развод или появление ребенка, и армия. У мужчин очень скудная жизнь, поверьте.

Я предполагала, что «Солдаты» были для вас скорее коммерческим проектом.

— Изначально мне понравился материал. Фильм должен был состоять из семи серий. Это наиболее удобный формат для зрителя с достаточным уровнем IQ. А потом мы занялись зарабатыванием денег.

Говоря о коммерческой составляющей, вы ведь снимаетесь и в рекламе. Здесь удается получать удовольствие?

— Очень люблю в рекламе сниматься. Во-первых, ты моментально зарабатываешь деньги, а во-вторых, радует, что ты вызываешь эмоции у зрителя, запоминаешься. У меня контракт с компанией, производящей краску, на четыре года. В кризис это хороший способ заработать.

Вы ведь выступаете и в роли певца. Ждать в ближайшем будущем новых пластинок?

— Меня радует, что на мое пение собаки реагируют спокойно (Смеется. — Прим. ред.). Я очень надеюсь, что Никита разрешит мне подарить женщинам спектакль «Я тебя люблю». Там есть и песни, и стихи, и рассказы о том, как я жил и любил женщин, что они со мной делали, как бросали и возвращались, как опять возрождали надежду и дарили детей. Это гимн женщине и правдивый, честный, искренний материал. Очень надеюсь, что все состоится. Со своей стороны, я каждую неделю буду прилетать и играть для омичей. Также я заключил контракт со «Спартаком». Все уже напето, но, как обычно, упирается в деньги.

Вы не раз заявляли, что рационально относитесь к своей профессии. Но когда речь о творчестве, четко соблюдать грани между работой и личной жизнью — большой труд.

— Со мной в квартире живут люди: дети, жена. И мне кажется, если я буду думать только о работе, они уйдут от меня когда-нибудь ночью. Эта профессия эгоистична, требует концентрации на себе, да. Но улица меня сформировала как мужчину, который должен был за себя постоять, а моя мама ковала духовно. И, наверное, поэтому я смог соблюсти грань. В конце концов, представляете, каково это — в 11 лет читать Золя, а в 14 ночью с фонариком —Солженицына, затем приходить в школу и слушать про коммунизм. Вот в таких муках я рос.

Возвращаясь к профессии, если вы бываете на каких-то районных концертах, обратите внимание, с каким удовольствием люди идут на сцену. Хлебом не корми! Потому что на сцене происходит чудо, артист получает адреналин. Я не стал бы сравнивать это с наркотиком, но суть похожа. Поэтому мне достаточно знать — вечером я получу дозу, а до этого времени самый главный адреналин — это мои девушки. Им я отдаю 80 % жизни.

Популярность вас угнетает?

— Люди все время думают, что я член их семьи, сходил за хлебом и несу его домой. Причем, как только я вернусь, начнется праздник. Это угнетает. Первые четыре года я не выходил на улицу. Только после 23:00 выгуливал собаку и утром уезжал. Зайти куда-то посидеть с девушкой просто невозможно. У нас ведь не так, как в Америке, — не выделяется улица, где ты можешь жить среди таких же равных по медийности персон. После «Ночного дозора» я надевал огромные очки, бейсболку, спрашивал у домашних, похож ли на себя, и только потом выходил. И вот пошел я за какими-то батарейками, а меня останавливают два человека и спрашивают, можно с вами сфотографироваться. Я говорю: «Подождите, как вы узнали меня?» «По походке», — ответили они. И я стал менять и ее.

На самом деле, самое главное, как к тебе относятся. Меня же не бьют, когда узнают. Женщины предлагают начать совместную семейную жизнь, а бизнесмены рассказывают, как в армии служили. Хотя, я даже не думал о славе, когда играл Шматко, но внезапно все совпало. Целая цепочка факторов. После того как меня стали узнавать, с вами стало сложнее, с женщинами, искренне говорю. Каждая пытается показать, что не такая простая, как кажется.

Популярность дала вам возможность помогать...

— Безусловно, сейчас я помогаю «Пятому театру». Труппе просто необходимо гастролировать.

В Омске ежегодно проходит фестиваль кинодебютов «Движение». Как думаете, такие инициативы дают новую кровь российскому кино?

— Нельзя сказать, что какая-то работа фестиваля потрясла меня, Омск и всю страну. Но, в конце концов, я ни разу не был на «Движении». Нужна любая форма жизни, я всегда за это. Но мне кажется Омск больше сложился театрально, и здесь прокатят фестивали именно такого формата.

Вы ведь посещали и режиссерские курсы, правда, не окончили. Не думаете начать работу на этом поприще? Представить дебютную картинку на «Движении»?

— Все курсы во ВГИКе открываются короткометражкой «Мясо», основанной на моих воспоминаниях. Этот маленький фильм возведен сейчас в ранг обучающих. Так что, какие мне фестивали уже.

Выходит, режиссер короткометражки Вячеслав Росс адаптировал истории, которые вы рассказывали ему?

— Да, режиссеры активно пользуются такими методами. Просто у режиссеров свое видение, они как инопланетянине. Когда я снимался у Бекмамбетова, я не знал, как с ним разговаривать, потому что он художник, у него совершенно другой взгляд. Сложность была в разности мироощущений. Например, он говорит «смотри, как красиво», а я не понимаю, что там красивого. Не вижу тайны. Но работать с ним было счастье. Мне очень везет, я снимаюсь у знаковых людей со знаковыми людьми. Фильм «Привет, малыш», например. Это вновь к разговору о материале, с которым хочется работать.

Говоря о спорте, вы заявили, что не существует таких понятий, как «ничья» или «проигрыш». Такими же принципами руководствуетесь в жизни?

— Я знаю цену победы. И поэтому, если говорить о работе, понимаю, куда стоит идти, а куда не стоит. А если о личной жизни, то завоевывать дам — это сложное дело. Думаете, завоевали и все, теперь можно сидеть спокойно? Нет, все только начинается. Поэтому да, я боец хороший в этом плане. Рад за себя, что сумел это выстоять. А что касается спорта, я не понимаю, как можно болеть, сомневаясь. Если я верю, то верю.

Выражаем благодарность Manilla Club за предоставленное место для съемки.

Текст опубликован в газете «Деловой Омск» № 13 (116) 5 апреля

Добавить комментарий
«Язычники» от Валерии Сурковой: Бог умер, гуляем на свои

«Язычники» от Валерии Сурковой: Бог умер, гуляем на свои

Пожалуй, один из самых любопытных фильмов, представленных на фестивале «Движение».

«Бонус» Германики: много шума из ничего

«Бонус» Германики: много шума из ничего

В субботу, в 17:00, в КЦ «Галактика» зрители смогут увидеть пилотный эпизод сериала «Бонус», который презентуют в рамках фестиваля «Движение».

«Детки»: одинокий Евгений Цыганов, шпионские страсти и стриптиз

«Детки»: одинокий Евгений Цыганов, шпионские страсти и стриптиз

В рамках фестиваля «Движение» состоялся закрытый показ пилотного эпизода сериала «Детки». Гости фестиваля смогут увидеть его в субботу, в 17:00, в киноцентре «Галактика».

«В ожидании чуда»: о простых взрослых и непростых детях

«В ожидании чуда»: о простых взрослых и непростых детях

На омском кинофестивале «Движение» дебютировал в качестве режиссера известный музыкант Александр Слободяник.

Авангард Леонтьев, народный артист РФ : «Ассистенка Михалкова Тася любила портвейн. Но утром была, как стеклышко»

Авангард Леонтьев, народный артист РФ : «Ассистенка Михалкова Тася любила портвейн. Но утром была, как стеклышко»

В рамках фестиваля «Движение» в Омск приехал советский и российский актер театра и кино Авангард Леонтьев. На творческой встрече он читал стихи и рассказывал почему-то исключительно о Михалкове.

«Костер на ветру»: якутская шкатулка с секретомВидео

«Костер на ветру»: якутская шкатулка с секретом

На кинофестивале «Движение» с большим успехом дебютировала этнодрама, снятая школьным директором.

«Три дня до весны»: любовь во время чумы

«Три дня до весны»: любовь во время чумы

В рамках кинофестиваля «Движение», за неделю до официальной премьеры, прошел новый фильм Александра Касаткина — о спасении блокадного Ленинграда от чумы.

ВЕС_ИМЕЕМ: Ода еде

ВЕС_ИМЕЕМ: Ода еде

О том, как жить, если есть некогда, и что есть, если цель — похудеть.

Омск #ВДвижении: стрим с открытия V кинофестиваля дебютов

Омск #ВДвижении: стрим с открытия V кинофестиваля дебютов

Красная дорожка, официальная часть, коридоры, фанфары и софиты. Покажем все, что видим сами.

В Омске еще больше детей стали лечить с помощью животных

В Омске еще больше детей стали лечить с помощью животных

В нашем городе открылся второй центр зоотерапии.

Must see: 10 фильмов омского фестиваля «Движение», обязательных к просмотру

Must see: 10 фильмов омского фестиваля «Движение», обязательных к просмотру

25 апреля в Омске стартует долгожданный V Национальный кинофестиваль дебютов «Движение». В пятидневном киномарафоне участвуют 32 фильма, которые может увидеть любой желающий. «Класс» выбрал ...

Макс Тесли, группа «Щенки»: «Где деньги — туда и пойдем. Как псы. На запах»

Макс Тесли, группа «Щенки»: «Где деньги — туда и пойдем. Как псы. На запах»

Стихийно-контрастный коллектив группы «Щенки» рассказал «Классу» об однообразии российских городов, перспективах развития группы и таком разном слушателе своего творчества.

Траектория «Движения»: 5 дней, 32 фильма, 3 мастер-класса

Траектория «Движения»: 5 дней, 32 фильма, 3 мастер-класса

Интерактивный путеводитель по показам и встречам Пятого кинофестиваля дебютов «Движение».

Владимир Золотарь о критике «Матильды»: «Времена жесткой цензуры возвращаются, если уже не вернулись»

Владимир Золотарь о критике «Матильды»: «Времена жесткой цензуры возвращаются, если уже не вернулись»

В социальных сетях разгорается виртуальный спор между поборниками нравственности и защитниками свободы волеизъявлений.

ВЕС_ИМЕЕМ: Это Спарта!

ВЕС_ИМЕЕМ: Это Спарта!

О незолотой середине, набитых шишках и волшебных пенделях.