Деловой Омск

Деловой Омск

14 июня 2017 12.00Интервью

Досье Михаил Курцаев родился 6 марта 1962 года в Омске. По окончании школы в 1979 году поступил на факультет автоматизации ОмПИ. Получив специальность инженера-электромеханика, пришел работать в НИИД, который занимался разработкой авиадвигателей. С 1988 года работал инженером на кафедре общей физики пединститута, а в 1991 году стал частным предпринимателем. Позже создал предприятие «АСКО-Сервис» — прообраз будущего ООО «Бакалея-Сервис». Является собственником ресторанов «Дали» и Bevitore, кондитерской фабрики и кондитерской «Ласена», пиццерий «Кантанелло». Женат, два сына и дочь.

Михаил Курцаев — Виктору Шкуренко: «Было время, даже умершие юристы выигрывали суды...»

Михаил Курцаев обещал дать «ДО» интервью только после того, как в Омске найдут источник выбросов этилмеркаптана, но после личной просьбы нашего колумниста Виктора Шкуренко предприниматель согласился-таки пообщаться.

Михаил Курцаев — Виктору Шкуренко: «Было время, даже умершие юристы выигрывали суды...»

Александр Румянцев

Об инженере в себе

— Хотел бы начать с того, что я согласился на разговор, потому что со мной разговариваешь именно ты, Виктор. За эти 20 лет, что мы знакомы, у меня не было случая упрекнуть тебя в чем-то непорядочном.

Спасибо, Михаил. Что ж, давай начнем... Ты инженер по образованию, окончил политех. Вот у моего поколения была возможность сразу после вуза заняться бизнесом, а ты на десять лет меня старше, и когда тебе было 23, о предпринимательстве в России еще даже не говорили. Помнишь, в какой момент ты перестал работать на кого-то и начал «пахать» на себя?

— Мне исполнилось 26, когда стали появляться первые кооперативы, молодежные комсомольские центры. И те и другие, как бы это помягче сказать, занимались чем-то вроде отмывания денег. Но это уже было, по сути, зарождением бизнеса. Сначала я работал в омском НИИД, затем — на кафедре общей физики пединститута, еще в Республиканском инженерно-техническом центре (РИТЦ). И только потом у меня появилось первое собственное дело.

Оно же было как-то связано с дилерством в «АвтоВАЗе»?

— Да нет, я не был дилером. Я занимался изготовлением запчастей к итальянскому технологическому оборудованию ВАЗа. Так как я инженер по образованию, у меня широкий технический кругозор, поэтому мне было легко приехать, например, на завод им. Баранова, Челябинский тракторный или на «Трансмаш» и разместить у них заказ на изготовление нужных деталей. ВАЗ мою работу оплачивал деньгами, а заодно поставлял по очень льготной цене автомобили.

А как от всего этого ты перешел к торговле продуктами?

— Перед продуктами еще были пылесосы, компьютеры... Целый подвал «Шмелей» стоял. Еще телевизоры продавал и коньяк с мухами...

Про коньяк с клопами я слышал, а про мух нет.

— Это, кстати, был очень хороший коньяк. (Смеется.) И хоть в бутылках плавали настоящие мухи, люди его пили и хвалили. А еще, помнишь, водка приходила с Украины в железных ящиках из-под молока?

Ну да. Мы же тоже торговали спиртом. «Рояль» продавали. Тогда на алкоголь даже лицензия не требовалась.

— А потом мой на тот момент партнер Андрей Михеев купил с аукциона магазин на Ленина — и все, мы занялись торговлей продуктами питания. Откуда только люди не приезжали к нам за печенюшками! Сахалин, Якутск... В Германию даже возили продукцию...

А как возникла идея с магазинами?

— Я не могу сказать, что это была прям такая оформленная, четко продуманная идея. Просто магазин был единственно возможным следующим этапом нашего развития. Нам надо было бороться за выход к розничному покупателю.

И это было мудрое решение. По-моему, ты первым в Омске это понял.

— Ну да. Я тогда покупал на аукционах помещения по четыре-шесть тысяч рублей за метр.

Помню те времена. Мы с Шадриным приезжали тогда к тебе в офис. Я еще у тебя спросил: «Зачем ты покупаешь помещения за такие деньги? Это же дорого». Мне казалось, что вложения в них не окупятся. А ты, помню, ответил: «Сегодня магазин стоит 15 тысяч за «квадрат», а лет через пять я продам его по 30».

— Да, был такой диалог. Мы, кстати, тогда уже привыкли к быстрой окупаемости. На печенье делали наценку 100-150%, порой даже 200%. На бакалее зарабатывали больше, чем на водке.

А не думал остановиться на этом этапе и прекратить покупать площади? Ведь цены на недвижимость не могут бесконечно расти, сейчас ее уже тяжело продавать по высокой стоимости.

— Почему? Я же потихоньку продаю.

В то время оборот розничной торговли у тебя был больше, чем оптовой?

— Скорее, наоборот.

А потом потихоньку доля розничного оборота стала расти?

— Да. Мне же дефицит помог. Вагон шоколадных батончиков я продавал за день-два. Фуру кофе — за день. Люди мгновенно сметали даже обычный хлеб с прилавков!

Но эпоха дефицита быстро закончилась. Хотя, помню, мы тоже йогурт возили фурами, и он расходился очень быстро. Хотя это скоропорт.

— У меня кругозор инженера, поэтому меня сложнее обмануть. Тебя могли хоть каждый день обводить вокруг пальца.

А тебя, значит, нет? (Смеются.)

— Конечно. Мне очень помогало образование инженера, я мог сам проверять работу холодильного оборудования, потому что понимаю, как оно работает! А еще у меня на полке в кабинете стоят учебники по химии, физике, арифметике, есть и художественная литература — Ярослав Гашек, Владимир Войнович, «Мещане» Горького, «Незнайки...» Носова... Кстати, любую из этих книг я могу подарить своему работнику, вручить на каком-нибудь собрании с дарственной надписью за какие-либо достижения в работе...

Ну ладно-ладно, я знаю, что ты любишь лично все контролировать, и в этом плане я гораздо менее эффективен, чем ты. Мне проще нанять специалистов, которые будут следить, чтобы меня не облапошили... Слушай, а ты сейчас же продаешь только товары собственного производства, «Ласену», да?

— А за контролирующими контролеров контролерами кто у тебя следит? (Улыбается.) Кстати, сейчас омские рестораны живут, потому что в эти заведения постоянно водят потчевать многочисленных проверяющих.

А что касается твоего вопроса… Да, «Ласена» сейчас делает кондитерку, торты и газированную воду, но объемы производства гораздо меньше, чем десять лет назад: сети, сети, сети, скидки, ретробонусы, бонусы за рекламу, возврат просрочки, неоплаты...

О личной свободе

А какое максимальное количество магазинов у тебя было? До 100 точек доходил?

— Нет, максимум до 50. Когда я понял, что затраты на издержки растут и растут, а у меня были конкуренты, которые вообще не платили налоги, я решил, что пора уменьшать число магазинов. В итоге сократился, погасил все кредиты и стал практически свободным, счастливым человеком. (Улыбается.)

В части твоих магазинов же в итоге разместился «Холидей»?

— Верно.

Решил, что лучше иметь доход с аренды, чем держать собственные магазины, прибыль которых сокращается?

— Да.

Такое ощущение, что ты без особого сожаления расстался со своими точками.

— Ну а почему бы и нет? Я добивался свободы, независимости, и я ее достиг. Знаешь, как мне комфортно чувствовать себя ничем не связанным, не обремененным? В июле схожу в Лондоне на «Отелло», уже билет купил. В мае во Флоренции смотрел «Дон Карлоса», а в Москве побывал на «Кармен» Бизе, был и на омских спектаклях «Академии». Я посещаю пять-семь спектаклей в месяц, а также музеи. Кстати, омским чиновникам очень рекомендую посмотреть спектакль МХТ им. Чехова «Идеальный муж». Я живу позитивом, праздником. Мне комфортно в том состоянии независимости, в котором сейчас пребываю. Вижу плюс даже в том, что какие-то дела у меня не выгорели, что-то не получилось, от чего-то пришлось избавиться. Это освободило меня от лишнего, ненужного в жизни. Вы же с Шадриным наверняка тоже добивались такой же независимости.

Да, но мы довольно сильно привязаны к бизнесу.

— Ну а для чего вам нужны деньги — для личной свободы.

О театре

С этим не поспоришь. А какой у тебя сейчас самый любимый бизнес?

— (Тихо.) Я сейчас мало работаю.

И все-таки, чему уделяешь больше времени: пиццериям, ресторанам, производству кондитерки?

— Наверное, больше всего моего внимания уделяю строительству и организации театра.

Театр???

— Да, вот тут наверху его делаем (показывает на потолок ресторана Bevitore, где проходит интервью). Я хотел еще в прошлом году все довести до конца, но не повезло с подрядчиками. Было огромное количество переделок. Кто-то из подрядчиков уже банкрот, кто-то сменил регистрацию и даже место жительства. Я чуть ли не бегал за этими людьми, чтобы они все исправили.

Так второй этаж тоже тебе принадлежит?

— Ну да. Раньше там сидел Сватков (Борис, глава ныне не существующей компании «Омтор». — «ДО»). У него было так много долгов, что ему на крышу даже бомбу кидали, пугали, чтобы деньги вернул. И за 20 лет, что он находился надо мной, «Омтор» не вложил ни в крышу, ни в перекрытия, ни в окна ни копейки. В итоге я выкупил эти площади и отремонтировал. Иначе тут бы все рухнуло. В прямом смысле. И крыша и перекрытия... выпали бы оконные рамы.

То есть на первом этаже у тебя будет ресторан, а на втором — театр?

— А почему нет? Ресторан будет работать на театр. Все логично. Конечно, и ресторан со временем претерпит изменения.

Про партнерский бизнес

А как бы тебе работалось, если бы ты имел полноценного делового партнера, как я, например?

— Ну это сложно, конечно.

У тебя вообще никогда не было бизнеса с кем-то на двоих?

— Почему же. Мы с Михеевым, например, вместе покупали магазин в 1993 году.

Но потом же вы вроде стали автономно работать.

— С ним в связке были до 1996 года. Потом он уехал. Еще у меня до сих пор длится партнерство с Евгением Латышем. Он у меня сейчас ведет дела, мы знакомы много лет, одна школа, одни увлечения, рыбалка, спорт...

А он, например, имеет возможность влиять на твои решения, как-то их корректировать?

— Конечно, да. Он участвует в принятии решений.

Но тебе, наверное, комфортнее работать одному? Ведь если ты делишь бизнес с кем-то, значит, твоя свобода ограничена в какой-то степени партнером. А ты, по-моему, из тех людей, кто как следует хапнув свободы, ни за что с ней не расстанется.

— Вить, я просыпаюсь в полдесятого. По-моему, даже ты, любитель поспать, раньше меня появляешься на работе.

Ну да, я раньше встаю.

— Вот. А я и с работы раньше уезжаю. Захотел в обед массаж — еду на массаж, захотел с кем-то пообщаться — уехал пообщаться... Часто обед и вечер я провожу в своем спортзале.

Ну я понял. Для тебя возможность выстраивать независимый ни от кого график ценнее наличия партнера, который может скорректировать твое поведение.

— Да ну ты брось. Я прислушиваюсь к советам других. Если дело касается ресторанного бизнеса, всегда слушаю шеф-поваров, спрашиваю их о новинках. Я люблю получать советы умного человека, например Евсеенко (Сергей, экономист. — Прим. «ДО»).

Да? А производишь впечатление человека, который всегда сам принимает решения и редко к кому-то прислушивается.

— Нет-нет. Какие-то решения принимаю очень быстро, а другие должны просто вызреть. Порой принимаю решения в темпе интеллектуальных игр. Вопрос-ответ. Очень люблю смотреть «Что? Где? Когда?», «Своя игра» и КВН... А в спорте люблю настольный теннис, где все делается очень быстро.

О принципиальности

Михаил, меня в тебе многое удивляет. Например, твоя принципиальность. Помнишь, когда-то мы пытались добиться возврата долгов с «Пятерочки» Мкртчяна? Нам он должен был миллионы, а тебе...

— 80 тысяч рублей.

Да-да. И из-за этих 80 тысяч ты участвовал в истории наравне с нами. Слышал, что ты не прощаешь даже самый микроскопический долг, всегда ведешь грамотную юридическую борьбу за свои деньги и идешь до конца.

— Конечно. А зачем прощать? Что вообще значит простить долг? (Удивленно.)

Ну иногда вернуть свои деньги выходит дороже, чем забыть о них.

— Да, бывало, что я тратил на это больше, чем в итоге получал. Но, знаешь, некоторые мои должники больше десяти лет не могут ни выехать за границу, ни оформить на себя автомобиль и недвижимость, ни получать официальный доход. Знаешь, почему?

Догадываюсь.

— Потому что в таком случае им придется платить мне с официальной зарплаты долг. И я над ними уже десять лет так нависаю. И при этом давно не испытываю никакой злобы. Просто все должно быть по справедливости.

Чувствуешь себя этаким карателем?

— Да нет, это просто текущая работа...Слушай, а помнишь, мы с тобой и Шадриным бились за наш общий объект, магазин «Тополь» на бульваре Архитекторов? Вот это история была, на целый сериал тянула!

Помню. Мы от рейдеров защищались.

— Против нас с тобой в одном ряду были Петр Завалеев (замначальника УВД в те годы), Пономарев («Правоохранительный центр»), Спиридонов (который сейчас сидит). Приезжали автоматчики меня выгонять, нам грозили Яшей Камерцелем. Помнишь, да?

Шадрин там ночевал даже несколько раз, охранял магазин.

— Чего там только не было! Бандиты, полиция, прокуратура, документы в судах, которые подписывали умершие люди. Нормально, да? Юриста три месяца нет в живых, а он продолжает ставить подписи на документах, выигрывать суды.

О выбросах и политике

Выиграв эту войнушку, мы, кстати, с тобой поделили магазин пополам.

— Для меня сейчас выгоднее сдавать недвижимость в аренду. Стабильный доход и понятное налогообложение.

Ну я бы с тобой поспорил, хе-хе. У нас вот пока все хорошо получается.

— К сожалению, отсюда уезжает очень много молодежи. Мои дети вот тоже попрощались с Омском.

Твои уехали, мой сын тоже. Но это же не значит, что и нам надо отсюда валить.

— У тебя один уехал, а у меня трое, и правильно сделали.

Подожди, может, дети еще вернутся.

— А ты видишь в этом смысл? Зачем? Нас даже от газовой атаки никто не может спасти. Я в марте отравился этими выбросами, недели три восстанавливался. Но это же никому не докажешь, претензий не предъявишь — будто бы неизвестно, кто травил...

Ну ты в этом плане, конечно, молодец. Нам нужны активисты, у которых есть и ресурсы, и деньги, и известность. Но мне все равно интересно, что тебе дает эта социальная активность?

— Положительные эмоции, борьба, адреналин, в общем КВН...

Тебе нравится делать замечания власти, находить в ее работе ошибки?

— Вообще не нравится! Я хочу спокойно жить, хочу дышать... Поездив, посмотрев Россию и мир, я уверен, что мы можем жить гораздо лучше, комфортнее, безопаснее... У нас в области ежедневно автомобильных аварий, наездов на пешеходов больше, чем во всей Германии.

Мне нравится жить в России, потому что у меня здесь работа. Да и экология меня тут устраивает. Просто надо уехать километров за 40 от Омска. Там же лучше, чем в центре Парижа.

— Мне нравится природа в Омске. Я с мая по ноябрь часто живу в палатке. Но отравленный воздух уже даже в Чернолучье. 29 мая, в пять утра, в Чернолучье я, взяв удочки, вышел из дома и сразу вернулся... Опять та же вонь. Хорошо, что окна качественные...

Ну газовые атаки — это, надеюсь, временное явление.

— Не уверен, что они прекратятся... Меня волнует, что до сих пор не нашли виновных. Никто не отвечает даже на обращения депутатов (Александр Кравец обращался в генпрокуратуру с просьбой расследовать ситуацию с выбросами в Омске. — «ДО»). Фактически одни отписки.

Ты считаешь, что чиновники знают источник выбросов и молчат?

— (Громкий смех.) Очень смешно. Ну а как они могут не знать?

А хоть одно светлое пятно среди омских чиновников ты видишь?

— Омск держится на большом количестве рядовых честных чиновников… Рядовые судьи, арбитражные... Показательная история с Шароновым (Владимиром, предпринимателем, осужденным за мошенничество. — «ДО»). Каких только друзей в погонах у него не было, но его же посадили в итоге.

Ну ладно. А по взглядам ты вообще кто — либерал или патриот?

— Если я ничего ни у кого не забираю и не кричу о патриотизме...

Видимо, ты либерал. Солидарен с тобой в этом. А как ты к Путину, Навальному относишься?

— Ну главное, чтобы хоть кто-то из этих людей что-то сделал для народа...

О бизнес-атмосфере

Ты в бизнесе почти 25 лет, пережил разные времена. Как изменилась общая предпринимательская атмосфера по сравнению с нулевыми?

— Я помню, как приходили люди закрывать мою фирму «Снежинка». У нее, кстати, было море должников, включая Мкртчяна, Шушубаева... На нас оказывали очень сильное давление. Например, пару месяцев ходили, проверяли магазины, слали какие-то запросы, угрожали закрытием. Но я в этом находил плюсы — всегда был начеку, следил, чтобы не было просрочки, с документами все было в порядке. Сейчас такого уже нет.

Да, когда ко мне сейчас приходят запросы из каких-то органов, я чаще всего даже и не в курсе этого, настолько малую роль в моей жизни они играют.

— А у меня их целая коллекция, я их в рамочки вставляю, развешиваю по стенам.

Нет, я считаю, что этим должны заниматься профильные специалисты. Если они вдруг начнут меня «грузить» этой темой, я и в морду могу дать. Шучу. (Смеются.) Ну а зачем отвлекать меня на всякую ерунду? А ты почему концентрируешься на этом? Для меня 2000-е годы — это свобода предпринимательства, его расцвет. Для тебя — вечная борьба с органами. Ну да, поговорили мы тогда один раз с Завалеевым (Петром, в то время — замначальника регионального УВД, с которым предпринимателям приходилось сталкиваться в попытке законно получить торговый объект).

— Меня, например, один раз начальник областного ОБЭП полтора часа уговаривал отдать магазин Завалееву...

Первые 15 лет моего предпринимательства нужно было быть начеку. И милиция, и подчиненные им тогда пожарные, и администрация в сговоре с любым из контролирующих органов могли устроить наезд. Повторюсь, можно сериалы снять о том, как хотели забрать у меня сырзавод «Сибиряк», как пытались закрыть «Эр-Телеком» в Омске, как мешали поставлять продукты в детские лагеря... В общем, жизнь — КВН. Весело, и есть адреналин.

Я коллекционирую объяснительные, которые дарят мне мои начальники подразделений. Они сами посмеялись и мне принесли.

Меня больше волнует выручка магазина, чем то, как он мне достался. Вот в чем разница между нами. А ты концентрируешься на каждой мелочи.

— Да где я концентрируюсь? Я просто не даю себе скиснуть. Я живу театром, в который ты не ходишь. Ты работаешь, а я отдыхаю.

О кадровой политике

Ну что ж, перейдем к самой лакомой части беседы. Ходят легенды о твоих взаимоотношениях с подчиненными. Говорят, что в Омске есть два предпринимателя, кадровая политика которых отличается особой жестокостью. Это Олег Цирикидзе и Михаил Курцаев.

— Я не занимаюсь кадровой политикой. За этот вопрос у меня отвечает Воронин Юрий Васильевич.

Давно его, кстати, знаю. Замечательный человек.

— Ну вот тем более. Если знаком с ним, то и спроси у него про наши кадры. Я знаю лишь одно — у нас нет текучки. У нас люди работают и 20, и 25 лет.

В 2001 году я посмотрел в Москве спектакль «День радио». Прошло время, в Омске появилось много информационных сайтов, газет. Я сейчас очень часто смеюсь, как они выдумывают новости, похлеще, чем в этом спектакле... Переписывают друг у друга, перевирают... И выдумывают, выдумывают, выдумывают... У меня уже есть коллекция несуразностей омских журналистов… Например, что памятник артисту Ульянову откроют в 2127 году, что родственников убитого полковника посадили пожизненно вместе с преступником, что столб убивает грузовик или из последних новостей — труп на балконе лежит на одном сайте около шести месяцев, на другом — шесть месяцев, на третьем — около девяти месяцев... Очень часто люди, уличенные в воровстве в какой-то компании, затем дают неверную информацию журналистам с целью обелить себя и очернить бывших работодателей… И так в Омске создаются легенды.

То есть сотрудники привыкли к твоему стилю управления и не хотят никуда уходить?

— А что такого особого в моем стиле? Ты пойми одно: в России иногда нужно предельно жестко разговаривать с людьми, ставить их в определенные рамки. Будешь со всеми миндальничать, тебя просто обманут, глядя при этом в лицо честными глазами.

Ну неужели цепляться за такую мелочь и лично разбираться, кто там что сломал?

— Каждое собрание в коллективе я начинаю с темы охраны труда, чистоты, аккуратности. Не будешь за этим следить, получишь омскую «Хромую лошадь». И вот так можно сломать себе жизнь...

Все равно не понимаю, для чего собственнику заниматься вопросом охраны труда, если у тебя есть директор и другие люди, которые по функционалу обязаны за этим следить? Ну зачем тебе каждый раз соваться в эти вопросы?

— Я просто напоминаю им о важности этого.

Да-да, я слышал, что твои работники по любому поводу пишут объяснительные.

— Не по любому. Больше, чем нужно, я с них не требую. Я коллекционирую объяснительные, которые дарят мне мои начальники подразделений. Они сами посмеялись и мне принесли. Для меня это лишь смешные случаи на работе.

И ты реально занимаешься этой фигней, да?

— Это не фигня, это рационализм. У меня все отлажено, все под контролем, мне спокойно за мое дело. В конце концов, если бы я действительно кого-то из работников очень сильно «прижал», на меня бы обязательно написали заявление в инспекцию по охране труда или в прокуратуру, суд. Но я чист. За 25 лет на меня поступила всего одна жалоба, которая в итоге обросла легендами.

Ох, даже не знаю, что на это сказать. У меня тоже есть сотрудники, которые уходили от меня при не совсем спокойных обстоятельствах, но я отношусь к факту их существования абсолютно спокойно. А вообще, помимо этой истории, я слышал массу других схожих сюжетов про тебя. И речь даже не о том, что ты кого-то ударил или оскорбил. Некоторых смущает просто твой стиль общения. Все эти фразы приказным тоном: «Ну-ка, иди сюда!», «Принеси мне то», «Пошел отсюда!»

— Я повторяюсь, я люблю интеллектуальные игры, поэтому короткие фразы — это попытка задать темп, ритм работе. Есть у меня один знакомый творческий работник — скульптор. Жуткий лентяй. Он сидел дома, у него даже не было денег заплатить за электричество. Я его принял на работу. У меня во всех ресторанах теперь его скульптуры. Он много рисует, но без ежедневного контроля, без приказа вообще ничего не делает. Зато сейчас он обут, одет, накормлен, есть деньги на электричество.

О гирях на переговорах

Ну ладно, про кадры все выяснили. Но я вспомнил, что слышал о тебе еще и другие байки. Рассказывали, что, бывало, приходит к тебе человек, чтобы заключить какой-то контракт, а ты ему говоришь: «Хочешь, чтобы твои продукты были в моих магазинах? Поднимай штангу».

— Я не знаком ни с одним таким человеком, познакомь… (Улыбается.)

Виктор, когда ко мне приходит человек, я сразу понимаю, что он из себя представляет. Чаще это касается людей, которые приходят ко мне работать. Кто-то занимался боксом, кто-то — борьбой, кто-то — силовой гимнастикой... Они устраиваются на работу, рекламируют себя, расхваливают... Тогда я начинаю их подначивать... Ну как тут не предложить поднять гирю? Тем более что на ней указан вес 24 кг, а на самом деле она весит 42 кг. Или как не сыграть с очередным мастером спорта по настольному теннису?

Вот ты, блин, злодей! (С восхищением.)

— Штанга, боксерский мешок и теннисный стол, кстати, у меня в офисе тоже есть.

Подходит официант.

— Два латте с шоколадом...

О, вот сейчас ты уже гораздо мягче пообщался с официантом, чем в начале нашего разговора. (Смех.)

— Ну я же расслабился и тебя уже расслабил.

Не знаю-не знаю. Не уверен, что чувствую себя расслабленным.

— Да ну брось. Смотри. (Вытягивает перед собой руки, с кистями расслабленными, как плети.) Когда я устаю, играя в настольный теннис, то закрываю глаза и секунд 20 делаю такую гимнастику. И все. Время течет медленнее, замедляется скорость полета шарика. Ты же наверняка весь день суетился, массу дел переделал, устал... Закрой глаза, вытяни руки... Чувствуешь, как моя энергия тебя расслабляет?

Ну теперь-то чувствую... (Все смеются.)

Текст опубликован в газете «Деловой Омск» № 23 (177) от 13 июня 2017 года

Добавить комментарий

Комментарии пользователей (всего 10):

Наталья К.
"Сплю до пол-десятого, еду на массаж, потом на "поибуси", вечерком в спортзале, скоро театр для Гончарука открою, актрисулек его буду строить по вдоль и поперёк." "Всех контролирую, потому что не умею иначе, паранойя у меня". Детей отогнал от себя подальше, в дальние страны, и чтобы не возвращались!) Делать им тут неч! Хам говорите? Так и горжусь этим! А потому что с ними нельзя по-другому! Вы бы видели его как он в истериках бьётся, выпучив глаза и остановить уже себя не может. Потому как не может контролировать свои эмоции. А народ стоит и смотрит - сейчас его паралич разобьёт или в следующий раз? К врачу бы надо..., но не пойдёт. Потому как он ведь сам себе и врач, и инженер, и читатель, и писатель, и когда то бизнесмен. А вообще он культуру любит!) Тиран-деспот! Где-то на сайте рейтинг проводили среди омских предпринимателей, кто бОльший тиран, кто орёт громче и заводится с пол-оборота. Так он всех обошёл по своим показателям. А сказки рассказывать про себя - великий мастак. Большой оригинал Курцаев, вы правы, Афанасий!) Я бы даже назвала его - Чудаком с большой буквы!)
30 июня, 17:03 | Ответить
Афанасий
На самом деле, Курцаев в жизни оригинальнее, чем в интервью. Его пессимизм в бизнесе, полагаю, связан с тем, что ментально он старше своего возраста. Самое неудачное интервью Шкуренко. Курацева надо было расслабить и дать говорить самому.
18 июня, 12:08 | Ответить
плюс-минус
Не думаю, что это самое неудачное. думаю это второе после Скуратова.
19 июня, 15:41 | Ответить
Ded
С точки зрения бизнеса, это конечно уже ископаемое, но поэтому и интересно было прочитать.
16 июня, 23:58 | Ответить
Марк Аврелий
Самое прикольное, что читал в "НО" - это интервью бизнесменов с бизнесменами. Класс рубрика!
16 июня, 22:32 | Ответить
Пешеход
Да уж, "крутые" самовлюблённые эстетствующие персонажи. Но жуткое, просто позорное состояние бывшего универсама "Тополь", с развалившимися крыльцами и стилобатами, который господа сдают в аренду, говорит о собственниках неприятные вещи
16 июня, 21:32 | Ответить
Валидол
Оба крутые, но Курцаев ИмХо круче, зато Шкуренко эффективнее)
16 июня, 13:07 | Ответить
Вахтанг
"Меня, например, один раз начальник областного ОБЭП полтора часа уговаривал отдать магазин Завалееву..."
А кто нибудь посажен за этот беспредел?
15 июня, 15:25 | Ответить
Ом
Ндааа уж Курцаев большой оригинал, то в одну сторону оригинал , то в другую
15 июня, 12:06 | Ответить
Анастасия
От части разделяю пессимизм описанный в статье. На мой взгляд. пока губернатор покрывает виновников выбросов этилмеркаптана, их имен мы не узнаем. Иначе бы зачем Назаров покрывал их, не иначе, что бы вышли сроки давности и виновников не привлекли к ответственности.
14 июня, 12:29 | Ответить
Как приготовить ароматные апельсиновые вафли

Как приготовить ароматные апельсиновые вафли

Новая встреча в «звездных» гостях: угощаемся венскими вафлями и алтайскими пряниками с облепиховым чаем и говорим о стильных киногероях, любви к Парижу и постельных сценах в омском кино.

Во славу антихайпа: Гнойный в ОмскеВидео

Во славу антихайпа: Гнойный в Омске

Репортаж с первого концерта Славы Машнова в Омске. Публику послал, хорька приласкал, очки не снял.

Преображение 2.0: симфония красоты

Преображение 2.0: симфония красоты

О тенденциях сезона осень-зима'17-18 в косметологии, стрижках, окрашивании, маникюре и визаже. Много важных советов и результат налицо — от специалистов студии «Монро» и мобильной имидж-студии ...

Шедевры Эрмитажа в Омске

Шедевры Эрмитажа в Омске

Рассказываем, какие предметы можно увидеть на выставке в музее им. Врубеля.

Преображение 2.0: как реанимировать кожу за час

Преображение 2.0: как реанимировать кожу за час

Как Николай Рябов и Ольга Алексеева в гости к «Мадам Ву» ходили. О пилингах, масках и чудесах.

Что покажут и расскажут омичам в парке «Россия — моя история»Видео

Что покажут и расскажут омичам в парке «Россия — моя история»

«Новый Омск» приводит любопытные экспонаты и мифы, которые в музее стремятся развенчать.

Владимир Котляров, «Порнофильмы»: «Цой мотивировал, я тоже стараюсь это делать. А Бродский ныл»

Владимир Котляров, «Порнофильмы»: «Цой мотивировал, я тоже стараюсь это делать. А Бродский ныл»

Фронтмен панк-группы рассказал «Классу» о классиках и их местах на корабле современности, протестах против системы и экстремизме.

Преображение 2.0: как Ольга Алексеева и Николай Рябов от рук отбивались

Преображение 2.0: как Ольга Алексеева и Николай Рябов от рук отбивались

Впечатляющие результаты героев, выдержавших одну из самых эффективных процедур текущего сезона.

Как за 15 минут сделать зубы белее?

Как за 15 минут сделать зубы белее?

Об улыбках Николая Рябова и Ольги Алексеевой — со всех сторон.

Какими судьбами: Степан Бонковский приехал в семью «Народного героя» Антона Кудрявцева

Какими судьбами: Степан Бонковский приехал в семью «Народного героя» Антона Кудрявцева

Депутат поздравил самую известную в Омске многодетную семью с прибавлением. Месяц назад у Антона и Людмилы Кудрявцевых родился десятый ребенок.

Гуша Катушкин, музыкант: «Я — бабушка, продающая пирожки. Представитель очень малого шоу-бизнеса»Видео

Гуша Катушкин, музыкант: «Я — бабушка, продающая пирожки. Представитель очень малого шоу-бизнеса»

Автор и исполнитель вирусных хитов приехал в Омск и в преддверии концерта провел неформальную встречу.

Стать звездой: советы от кастинг-директора для тех, кто желает оказаться по ту сторону экрана

Стать звездой: советы от кастинг-директора для тех, кто желает оказаться по ту сторону экрана

Экс-омичка Елизавета Николаева провела мастер-класс в родном городе.

Тест: что вы знаете о революции 1917 года

Тест: что вы знаете о революции 1917 года

Ура, товарищи! Свершилось! Сегодня отмечается 100 лет со дня Великой Октябрьской революции. Еще 30 лет назад в нашей стране любой от мала до велика знал о тех событиях практически все. «Новый Омск» ...

Не на «Жизнь», а на смерть, или Примерит ли Омск «Золотую маску» в двенадцатый раз?

Не на «Жизнь», а на смерть, или Примерит ли Омск «Золотую маску» в двенадцатый раз?

В 2018 году за престижную премию поборется спектакль «Жизнь» театра драмы. Наудачу вспоминаем всех обладателей «Золотой маски» в Омске.