Ваш Ореол

Ваш Ореол

01 июля 2017 11.10Статьи

«А мой папа знает правду?»

Маша с нетерпением ждала ответа на вопрос.

«А мой папа знает правду?»

Мало того что Аркадий Петрович вернулся вечером домой раньше: обычно его ждали часам к девяти с горячим ужином и желанием рассказать, что у кого интересного случилось за день. Он же не вошёл - буквально вломился в квартиру, швырнул на тумбочку портфель с деловыми бумагами, над которым трясся, как молодая мамаша с младенцем, и никому не разрешал даже пальцем притронуться. Швырнул и, не сняв ботинки, устремился в спальню, где стоял шкаф с одеждой.

- Лена! - позвал громко и почти раздражённо. - Ты где? Иди сюда скорее!

- Я здесь, - ответила за его спиной Елена Антоновна. - Свежую рубашку ищешь по поводу внезапного визита иностранных инвесторов?

- Мне не до шуток, - излишне резко сказал Аркадий Петрович, и она растерялась и встревожилась, увидев какую-то странную гримасу, превратившую знакомое лицо в страшноватую маску.

У Елены Антоновны оборвалось сердце: неужели что-то со свекровью, которая жила в другом городе и частенько хворала? Но услышала совсем другое:

- Володя погиб... - он сморщился, но взял себя в руки. - Не верится никак... Найди мне рубаху потемнее. Поеду к Эле. Сама понимаешь, ей одной сейчас... Помочь, наверное, надо.

- Да что с ним стряслось?

- Толком и не знаю.

- Может, хоть чаю попьёшь?

- Какой чай?! Потом, всё потом...

Быстро переодевшись, Аркадий Петрович уже из прихожей крикнул:

- Портфель убери на место!

Он и не заметил дочь, которая стояла в дверях своей комнаты и с недоумением наблюдала за отцом. Такой всегда выдержанный и весёлый, папа показался даже неприятным в своей суетливой поспешности. Он же сам не раз говорил: «Торопись медленно».

На кухне Маша легонько коснулась плеча матери:

- Мам, а что это с ним?

Елена Антоновна, не отводя взгляд от окна, чуть повернула голову:

- У папы умер старый друг. Возможно, ты его помнишь. Дядя Володя Бобров.

У Маши сразу испортилось настроение. Сидя за столом, она машинально взяла из вазочки конфету, развернула, покрутила в пальцах и завернула в тот же блестящий фантик, глядя в напряжённую спину матери, опять сверлящую глазами оконное стекло. Она не могла просто так уйти к себе - и не представляла, что надо говорить в таком случае.

- Если это папин друг, мы с тобой... тоже пойдём на похороны?

- Ты к экзамену подготовилась? - неожиданно сухо спросила мама.

- Да, - сердиться на такой тон сегодня было бы неправильно.

- Ну, включи телевизор, книгу почитай. Займись чем-нибудь, в конце концов!

Наверное, хочет побыть одна. Маша молча подчинилась, но смотреть телек не стала: скукота. Глянула с недоверием на томик Набокова на письменном столе. Недоверием к себе. Вряд ли получится одолеть и страницу. До своих восемнадцати лет Маша ни разу не бывала на похоронах. Нет, конечно, видела. Двор большой - три девятиэтажки. Они, ребятня, носились по вытоптанной площадке. Мальчишки с воплями гоняли грязный мячик, девочки пытались играть в бадминтон. Но всё равно замечали, как у одного из подъездов начинали вдруг собираться люди, стягивались окрестные бабульки, оставив в покое их, «малолетних хулиганов». Потом из маленького автобуса выходили дядьки со сверкающими трубами и большим барабаном. Маша настораживалась и по шажку отступала от подружек. Но когда из «того» подъезда выносили табуретки и ставили их прямо на асфальт, она разворачивалась и опрометью летела домой. Лихорадочно стучала в дверь, оттесняла открывшую маму, мчалась в комнату и падала на диван, закрыв голову подушкой.

- И что за злодей обидел мою дочь? - склонялась над ней мама.

- Там гроб! - сдавленно шептала Маша.

Мама ничего не говорила, только поглаживала по спине. В этот день Маша на улицу больше не просилась. Да, потом она подросла и уже не бежала во внезапной панике, а просто старалась поскорее миновать стороной пугающее зрелище. В её семье никто за это время не умер. Бабушки и дедушки, правда, жили далековато, но накануне каникул обязательно зазывали к себе: «На всё лето, Марья, слышишь?». У бабуленьки Таси, вообще-то, иногда схватывало сердце, однако дед ухаживал за ней так старательно, что она даже ворчала на него.

Что же такое произошло с дядей Володей? Да, Маша помнила его, хоть и уже не совсем ясно. Давным-давно они ездили к Бобровым на праздники. Папы-мамы сидели за большим столом, ели, пили из красивых бокалов, а детям, ей и Вадьке, ставили расписные детские тарелочки и кружки на столик журнальный. Вот только играть с Вадькой было неинтересно. Бегать, стрелять, убивать и быть убитой не хотелось. Тогда дядя Володя давал ей огромную стопку разных журналов, а сыну шутливо грозил пальцем: не мешай. А если Бобровы бывали у них, Вадька скучал, ныл и с отвращением лепил из Машиного пластилина каких-то чудовищ. И у взрослых, видимо, что-то разладилось. Сам дядя Володя иной раз забегал, приносил неизменную плитку шоколада. Он ей очень нравился: высоченный-широченный, голос, как гром в небе, а сам добрый-добрый. Даже подумать невозможно, что его больше нет.

Маша уже легла, но ещё не спала, когда вернулся отец. Её комнату отделяла от кухни тонкая стена - и если прислушаться, можно понять, о чём там говорят.

- Не верится, что это несчастный случай, - волновался Аркадий Петрович. - Володя же умел в полной темноте мигом разобрать-собрать автомат. А уж пистолет свой знал до царапинки на рукоятке. И надо же: решил почистить и смазать, а он сам в него выстрелил. Ерунда какая-то. Но, ёлки-палки, всякое бывает, да?

Мама, к сожалению, отвечала слишком тихо.

Маше припомнилось, как носился вокруг стола Вадька с пластмассовым ружьём и кричал: «Падайте!», но лишь один дядя Володя подыгрывал ему и, закрыв глаза, откидывался на спинку стула...

На маленькой машине Елена Антоновна аккуратно зарулила на стоянку у зала ритуальных обрядов, кивнула дочери: не трусь. Собравшись с духом, Маша шагнула за ней следом в полутёмное и довольно просторное помещение. Кто-то у входа сунул ей зажжённую свечу. Лицо у дяди Володи было строгим и каким-то очень молодым. Священник с седыми волосами и бородой не очень внятно читал молитвы. Через несколько минут Маша почувствовала, что страх покидает её. Сзади приблизился Аркадий Петрович и что-то шепнул Елене Антоновне. У самого гроба стояла красивая женщина в чёрном. Ну да, это тётя Эля. Она не плакала. Будто окаменела. А рядом с ней длинный парень с короткой стрижкой в тёмной курточке. Вадька, то есть уже Вадим, догадалась Маша. Вадим, наверное откликаясь на пристальный взгляд, повернул голову, внимательно посмотрел на Машу и чуть-чуть дрогнул губами.

После кладбища все поехали в какое-то кафе на поминки. Елена Антоновна попыталась было отказаться, но Аркадий Петрович сделал умоляющие глаза: неудобно, хоть ненадолго, а надо. За столом Маша и Вадим оказались рядом. Он пил вино, а дочери Елена Антоновна налила компот, как и себе, - за рулём же. Спустя время, когда в зале поднялся гул голосов, Вадим дотронулся до руки Маши и кивнул на дверь. Они вышли на широкое крыльцо и встали у перил в дальнем конце.

- Не узнала сразу? - грустно усмехнулся Вадим. - Давно не виделись. Не думал, что встретимся... вот так.

Маша сочувствующе молча погладила его по плечу.

- Не хотел говорить тебе, но скажу. На всякий случай, - он почти шептал. - Думаешь, почему батяня прекратил все эти наши вечеринки? Ревновал мою маму к твоему папе. Они же вместе её когда-то обхаживали. Ну, вот он и боялся, как бы чего не вышло. Женился - и всё равно боялся.

- Что ты говоришь? Ты выпил, Вадик, - Маша покачала головой.

- Выпил. И что? Они ссорились так, будто меня в квартире нет. Отец прямо из себя выходил, ну, мол, жалеешь, что меня выбрала, по Аркашке всё сохнешь. Крик, слёзы, то-сё... А неделю назад мама сгоряча сказала ему, что зря за него замуж вышла. В общем, я думаю, он застрелился. Просто не стали, так сказать, обострять, проблемы делать. Сама знаешь, как у нас к этому относятся.

- А мой папа знает правду?

- Не стоит. Мы с мамой уже решили, что уедем из города. Твой папахен, я заметил, как-то этак больше, чем надо, суетился с похоронами. Нет, не радовался, а... как бы тебе сказать?.. успокоился, что ли. Деловой такой был, распоряжался... Вот за каким чёртом они на праздники собирались? Проверяли друг друга.

- Зачем ты мне всё это рассказал?

- Чтобы ты свою мать поберегла. Она-то точно не виновата. И, мне кажется, уже догадалась о чём-то. Ни разу сегодня к моей не подошла. Ей здесь плохо, так что вы езжайте, не мучайтесь. Я тут присмотрю... за кем надо.

- Я устала, - сказала Маша Елене Антоновне. - Хочу домой.

- А я ещё побуду, - отказался ехать Аркадий Петрович. - Мало ли... помочь чего Эле. Мы ж друзья... - он пьяненько улыбнулся.

Глядя на ярко вспыхнувший красный глаз светофора, Маша спросила:

- Мама, как ты думаешь, ему страшно было умирать?

- Разве можно это знать?

- А я думаю, что дяде Володе страшнее было жить.

- Ты о чём?

- Да так... Смотри, зелёный!

Елена Антоновна, пожав плечами, плавно тронула машину...

Материал опубликован в газете «Ваш ОРЕОЛ» № 26(963) от 28 июня 2017 г.

Добавить комментарий
Симфония рока: программа третьего музыкального опен-эйра от филармонии

Симфония рока: программа третьего музыкального опен-эйра от филармонии

Каким будет первосентябрьский рок-фестиваль — в нашем материале.

Омский предприниматель Виктор Шкуренко женил сына (ФОТО)Фото

Омский предприниматель Виктор Шкуренко женил сына (ФОТО)

Звездным гостем свадьбы старшего ребенка в семье известного ритейлера стал актер сериала «Реальные пацаны».

Омские пенсионерки стали серебряными волонтерами

Омские пенсионерки стали серебряными волонтерами

Они помогают при проведении значимых мероприятий по всей стране

Ведущий шоу «Напролом» Тимофей Баженов: «Я едва не погиб на съемках»

Ведущий шоу «Напролом» Тимофей Баженов: «Я едва не погиб на съемках»

Телеведущий рассказал о своей новой программе.

«Сезон бабочек» в Омске

«Сезон бабочек» в Омске

Премьера по новелле японской писательницы. 

Новичок омского «Авангарда» Дмитрий Кугрышев: «Федор Смолов будет болеть за нашу команду»

Новичок омского «Авангарда» Дмитрий Кугрышев: «Федор Смолов будет болеть за нашу команду»

«Ястреб» рассказал о своем переходе и о дружбе с известным футболистом.

Игрушечное путешествие: знаковая премьера в омском «Арлекине»

Игрушечное путешествие: знаковая премьера в омском «Арлекине»

Спустя четыре года в репертуар театра вернулся спектакль о куклах разных стран.

Алексей Матвеев, замдиректора Музея имени Врубеля: «Для успешной работы важен грамотный выставочный план и способности конкретных кураторов»

Алексей Матвеев, замдиректора Музея имени Врубеля: «Для успешной работы важен грамотный выставочный план и способности конкретных кураторов»

Молодые, перспективные омские культличности — о том, как прививать и умножать культурные коды, а также удерживать региональные театры и музеи на плаву.

Заклятие «Заклятия»: рецензия на фильм ужасов «Проклятие Аннабель: Зарождение зла»

Заклятие «Заклятия»: рецензия на фильм ужасов «Проклятие Аннабель: Зарождение зла»

«Класс» побывал на премьере фильма, с истории которого начинался знаменитый хоррор «Заклятие» и теперь точно знает, почему опасно держать связь с умершими.

А ты танцуй, Любочка, танцуй: в Омске ожили скульптурыФото

А ты танцуй, Любочка, танцуй: в Омске ожили скульптуры

Оригинальный подарок ко Дню рождения города — премьеру постановки с участием Омского хора — преподнесла омская филармония.

Шаг в новый век: куда пойти в 301-й день рождения Омска

Шаг в новый век: куда пойти в 301-й день рождения Омска

От марафона до Бабкиной, от реконструкторов до гончаров. Подборка для тех, кто хочет успеть везде, не прибегая к клонированию.

Екатерина Лущ, начальник комплекса концертных залов филармонии: «Старые технологии перестают работать. Не только в культуре и не только в Омске»

Екатерина Лущ, начальник комплекса концертных залов филармонии: «Старые технологии перестают работать. Не только в культуре и не только в Омске»

Молодые, перспективные омские культличности — о том, как прививать и умножать культурные коды, а также удерживать региональные театры и музеи на плаву.

Секс, наркотики и обналичка: 10 громких уголовных дел с участниками «Дома-2»

Секс, наркотики и обналичка: 10 громких уголовных дел с участниками «Дома-2»

Преступления и наказания героев бесконечного телешоу о построении отношений.