Деловой Омск

Деловой Омск

15 декабря 2014 09.32Статьи

Вячеслав Федюнин: «Мы не кормим бизнес, мы даем ему удочку»

Глава регионального Фонда поддержки и развития малого предпринимательства Вячеслав Федюнин рассказал в интервью «ДО», как фонд зарабатывает и в чем заключается польза грантовой помощи.

Вячеслав Федюнин: «Мы не кормим бизнес, мы даем ему удочку»

Вячеслав Валерьевич, на страницах «Делового Омска» периодически ведутся рассуждения на тему государственной поддержки. Молодой предприниматель Альберт Амелицкий, например, утверждает, что бизнес в ней не нуждается.

— Государственная поддержка — это система мер, которая создает условия для возможного развития. Хочет Амелицкий ими пользоваться — пусть пользуется, не хочет Петров прибегать к ним — никто же не будет заставлять его. Наша задача не заключается в том, чтобы кормить бизнес. Мы лишь создаем условия — даем удочку.

Особенно много скепсиса можно услышать в отношении грантовой поддержки.

— Я всегда говорю так: если это надо бизнесу, давайте будем это делать. Про гранты одни кричат, что это плохо, другие утверждают, что хорошо. Но нельзя оценивать систему грантовой поддержки этими двумя категориями. Я рассматриваю предпринимательство как поле, а гранты и другие виды государственной поддержки — как посевные инвестиции. Мы даем деньги для того, чтобы поле всегда было живым. Если мы не будем его окучивать и удобрять, то у нас будет пустыня. Некоторые предприниматели говорят: «Я умный, я сам могу все сделать». Да, если ты занимаешься информационными технологиями, то, конечно, можешь, потому что компьютер — это твой единственный инструмент. А если ты булочки печешь, платье шьешь, то компьютера недостаточно. Нужны еще какие-то средства производства. Мне часто хочется собрать представителей СМИ и провезти их по районам, показать предприятия, которые были созданы при помощи грантов. Конечно, среди них есть те, кто не смог удержаться, провалился. Но, критики, попробуйте открыть свое дело сами — государство предоставляет на это по 200 тыс. рублей.

А разве что-то можно создать на эти деньги?

— Я могу назвать вам 10 видов бизнеса, которые вы можете организовать на 200 тыс. хоть завтра. На эти деньги можно открыть два места в полностью оборудованной парикмахерской, создать швейное ателье, пасеку. Потом деревообработка, валяние валенок, бондарное дело, открытие детских групп — все это не требует больших вложений.

Но всегда кажется подозрительной ситуация, когда государство дает деньги фонду, и он их каким-то образом распределяет между предпринимателями.

— У нас в 32 районах работают специальные отборочные комиссии, в которые входят эксперты, не связанные между собой и с получателями грантов. Они выслушивают каждого заявившегося на поддержку фонда предпринимателя, выставляют баллы. Затем бизнесменов оценивают независимые эксперты, в процессе отсеиваются слабые. Система прозрачна и объективна. Она — как сито: через нее проходят люди, и в нее никто не вмешивается. Если кто-то сможет придумать лучше, пусть покажет мне — я съезжу, посмотрю.

Распространенным является и предположение о том, что государственную поддержку часто получают «свои».

— Да, кто-то действительно так считает. Хотя на самом деле у меня не может быть столько «своих» людей. Я вообще не знаю людей, которые приходят в фонд, да и мне все равно, кто они, предпочтений никому не отдаю. Мы не выбираем людей по политическому окрасу и цвету крови. Этого нет, у нас не бывает исключений. И работа у нас живая, не чиновничья. Хотя иногда слышу, что говорят, дескать, Федюнин — чиновник. Да не чиновник совсем!

А как вы контролируете реализацию проектов тех, кто получил в фонде помощь?

— Получатели должны отчитаться перед нами по расходам с подтверждающими документами, представить отчет о реализации своего проекта. А затем, в течение периода, на который действует соглашение, мы вновь можем приехать к ним с проверкой. В прошлом году, например, фонд провел проверку 133 предприятий. Кроме того, нас тоже проверяют — прокуратура, Росфиннадзор и Контрольно-счетная палата.

Вы приезжаете прямо на пасеку?

— Да, мы едем в парикмахерскую, столярные мастерские, фотографируем, смотрим, на месте ли приобретенное оборудование и даже фотографируем декларации об уплаченных налогах. Дело в том, что средства гранта — целевые и под-отчетные и не предоставляются, например, на зарплату и рекламу.

То есть нельзя получить средства и потратить их на выплату зарплаты?

— Нельзя. Мы поддерживаем те проекты, которые не подразумевают возможность использования в личных целях приобретенного благодаря государственной поддержке имущества. Если предприниматель покупает станок, то понятно, что он вряд ли будет его использовать дома для себя. А если он приобретает автомобиль, то мы придирчиво смотрим, какой именно, каковы цели его применения.

Сколько грантополучателей сейчас «живы»?

— На начало января был зарегистрирован и действовал 81% от всех получивших гранты. За три года мы промониторили 500 грантополучателей: они обычными платежами вернули в бюджет все деньги, потраченные на гранты, они платят налоги и создали рабочие места.

Претендентов на финансовую поддержку, наверное, всегда было много?

— 9 лет назад, когда я начинал работать в министерстве экономики, мы с трудом находили тех, кто хотел бы получить субсидию на компенсацию затрат. Причем, тогда даже не нужно было участвовать в конкурсах, достаточно было просто принести заявку. Я обзвонил всех своих знакомых предпринимателей, говорил: «Придите, пожалуйста, государство деньги дает». Они говорили: «Что, дурак что ли? Ты же сам знаешь: государство рубль даст, 10 заберет». Так вот, с тех пор это мнение во многом поменялось. Но, к сожалению, не искоренилось. Все хотят поиграть на теме деятельности фонда — это же благодатная почва для критики и подозрений: у организации есть деньги, а не дармоеды ли они? В 2011 году после первого отчета Игоря Мураева (в то время министра экономики. — «ДО») по программе «Развития малого и среднего предпринимательства» мне позвонил сотрудник прокуратуры с вопросом: «А где вы берете деньги на содержание фонда?». Я говорю: «У нас нет бюджетных дотаций, мы сами зарабатываем».

И правда — как вы зарабатываете?

— Мы предоставляем обратившимся предпринимателям поручительство перед банком, и берем за это вознаграждение. 22 банка-партнера предоставляют заемные средства субъектам малого и среднего предпринимательства под наше поручительство. Субъектами малого и среднего предпринимательства привлечено 4,5 млрд рублей кредитных средств под наше поручительство.

Каков размер вашего вознаграждения?

— Если предприниматель берет кредит в 10 млн рублей на 5 лет, мы предоставляем 70% объема обеспечения, то он нам платит 1/3 ставки рефинансирования ЦБ, что составляет 2,7% с 7 млн рублей — меньше 200 тыс. За эти деньги мы 5 лет несем финансовую ответственность перед банком в случае неисполнения предпринимателем обязательств по уплате кредита.

Насколько высоки ваши риски при поручительстве?

— Наша система изначально рискованна, но это риски, которые государство добровольно берет на себя для того, чтобы у бизнеса появилась возможность использования заемных средств для развития бизнеса. Если б государство не брало на себя риски, то в Омской области не оказалось бы у малого бизнеса 4,5 млрд рублей кредитных ресурсов.

А вы каким-то образом можете защищать интересы предпринимателей?

— Кому-то мы помогаем судиться с государством. Но я всегда предупреждаю, что бороться в суде мы будем только в том случае, когда есть уверенность, что права бизнеса ущемляют. Когда такой уверенности нет, мы сразу говорим: «Вы нарушаете закон, здесь мы вам не помощники». Но в юридическом сопровождении нуждаются далеко не все обратившиеся в фонд. Просто поговорить по душам приходят 70%.

Предприниматели откровенны с вами, когда рассказывают о своих проблемах?

— Даже нам они открываются не очень охотно, прямого диалога с ними не получается. Многие боятся обратной связи, реакции конт-ролирующих органов, прокуратуры. Предприниматель поверит им, когда он будет уверен в том, что защищен и по нему после откровений не проедут танком. К слову, сейчас мы проводим исследование, которое должно продемонстрировать сложность отношений между бизнесом и контролирующими ведомствами.

В чем суть этого исследования?

— Мы решили узнать, сколько стоит войти в бизнес. Не столько денег и кредитов нужно для этого привлечь, а в какую сумму обойдется выполнение требований государства по пожарной безопасности, охране труда, аттестации рабочих мест, персональным данным и прочего. Наши реалии таковы, что станок, с помощью которого можно запустить производство, стоит 200 тыс. тогда как всевозможных требований надо выполнить на миллион рублей. Никто не оценивает, сколько стоит 1 кв. м площади, оборудованной пожарной сигнализацией. Это кровь, слезы, боль и сопли. Не трогали бы малый бизнес хотя бы первые лет 5—10, чтобы он встал на ноги и начал приносить пользу экономике.

Малый бизнес власти часто не воспринимают как движущую силу.

— Это так. Мне говорят: какая от него польза? Я когда работал в минэкономики, подсчитал размер этой пользы. Вклад малого бизнеса — 25% регионального бюджета. По результатам 2013 года рост налоговых поступлений от малых предприятий составил 11%.

Вы работаете с бизнесом, а сами могли бы рискнуть, уйти из фонда и заняться своим делом?

— Если я вдруг перестану приносить пользу на этом поприще, то, конечно, я уйду в бизнес. Тем более, что после института я этим занимался. Правда, в результате вышел из этого дела и с тех пор не имею к нему никакого отношения. Но если появятся интересные предложения, и я буду понимать, что мой маневр увенчается успехом — почему бы и не вернуться в бизнес?

Досье

Вячеслав Федюнин родился 8 ноября 1974 года в Омске.

В 1996 году окончил Московский государственный университет коммерции по специальности «Менеджмент».

С 1996 по 2001 г. — обучался в аспирантуре ОмГПУ, начал преподавать в ОмГПУ, ОмГУ, Академии бюджета и казначейства, кандидат экономических наук.

В 1996-2000 г. — начальник коммерческого отдела, потом коммерческий директор ООО ПКФ «Вед-плюс».

С 2000 года по 2005-й — коммерческий директор ООО «Агат», затем коммерческий директор ООО «Промавтохим».

В 2005 году назначен начальником отдела развития предпринимательства минэкономики, затем работал руководителем департамента развития предпринимательства, рекламно-выставочной деятельности, торговли, лицензирования и госконтроля минэкономики.

С 2008 года — управляющий региональным Фондом поддержки и развития малого предпринимательства.

Станислав Жоглик

Наталья Коробова

Фото: Вадим Харламов

Текст опубликован в газете «Деловой Омск» №47 (051) 9 декабря

Добавить комментарий

Комментарии пользователей (всего 1):

Mr. Abdulhamid Musa
[Комментарий удален]
Пушкину не снилось: самая полная программа омской «Библионочи»

Пушкину не снилось: самая полная программа омской «Библионочи»

Десятки мастер-классов, выставок, театральных постановок, экскурсий и фотозон. Что, где, когда — в нашем путеводителе по библиотеке. И да, все бесплатно.

«С этими детьми нужно делать не журнал, а революцию»: стартовал проект «Школа и журналистика»

«С этими детьми нужно делать не журнал, а революцию»: стартовал проект «Школа и журналистика»

«Новый Омск» запускает совместный проект с Российским движением школьников «Школа и журналистика». Будем учить ребят делать подростковый журнал. Что из этого получится — кто ж его ...

Самостоятельные походы по Омской области: лайфхаки от Анны Статвы

Самостоятельные походы по Омской области: лайфхаки от Анны Статвы

Турист с 20-летним стажем Анна Статва рассказала, какими маршрутами омичи могут пройти без посторонней помощи и что стоит взять с собой в мини-приключение.

Приведи себя в форму к лету

Приведи себя в форму к лету

«Новый Омск» вместе с приглашенными экспертами протестировал несколько крутых и зажигательных идей для презентов.

Культурный отдых

Культурный отдых

В эту субботу корреспонденты «Класса» посетили омскую «Ночь музеев». О том, где заканчивается массовый и начинается «культурный» отдых, — в итогах прогулки по бульварам.

К лету готовы?

К лету готовы?

19 мая в рамках пресс-тура журналисты посетили три городских парка, чтобы узнать об их готовности к летнему сезону. Как это было — в нашем репортаже.

В Омске живет самая сильная женщина планеты

В Омске живет самая сильная женщина планеты

Рассказываем, чем она занимается и как завоевала это звание.

Ну что вы, право: как взять iPhone в кредит и не питаться «дошираками»

Ну что вы, право: как взять iPhone в кредит и не питаться «дошираками»

Просто о сложном в новом проекте с гендиректором «Мастер Права» Андреем Дудко. Плюсы, минусы, подводные камни покупки «айфона» или еще чего-либо особо ценного в кредит — в первом ...

ВЕС_ИМЕЕМ: Быть легче

ВЕС_ИМЕЕМ: Быть легче

О вкусных перекусах, промежуточных итогах и финишной прямой.

Алишер Хамидходжаев, кинооператор: «В наше время надо бы оценивать уровень свободы, а не следование канонам»

Алишер Хамидходжаев, кинооператор: «В наше время надо бы оценивать уровень свободы, а не следование канонам»

О цвете кино, любви к актерам и необходимости экспериментов — в нашем интервью.

ВЕС_ИМЕЕМ: Игра на вылет

ВЕС_ИМЕЕМ: Игра на вылет

О разбитых носах, тренировках на выживание и играх на выбывание.

Егор Корешков: «После «Горько» мне предлагали сыграть много похожих персонажей, но повторяться неинтересно»

Егор Корешков: «После «Горько» мне предлагали сыграть много похожих персонажей, но повторяться неинтересно»

Актер Егор Корешков, известный широкой публике как жених в фильмах «Горько» и «Горько-2», рассказал «Классу» о гениях, «Восьмидесятых» и «Оптимистах».