Оксана Данилова: «После съемок «Батальона» мне долго хотелось побрить налысо всех вокруг»

Накануне 8 Марта питерский фотограф с омским прошлым Оксана Данилова посетила родной город и рассказала «Классу» о съемках в фильме «БатальонЪ», красоте бритых женщин и абсурдности войны.

— Оксана, как ты оказалась на съемочной площадке «Батальона»?
— Во-первых, пять лет назад я переехала в Питер. Хотя не могу сказать, что это был именно переезд. У меня нет такого, что я готова вцепиться в этот город на всю жизнь. Просто поехала туда за развитием и новым опытом: поучилась на фотокурсах Сергея Максимишина, сделала несколько выставок и фотопроектов.

Во-вторых, на момент съемок сложилась такая ситуация, что меня ничего не держало в Питере. Наоборот, было ощущение, что город выталкивал меня: отказывали на собеседованиях, были проблемы с жильем. И вдруг вырос этот «БатальонЪ»!

Тогда я поняла, что это уникальный проект, который вряд ли повторится на моем веку, и стала думать об участии. Когда списалась с организаторами, выяснилось, что нужно было собраться буквально за 24 часа и выехать в Пушкинские горы, Псковскую область, где шли съемки батальных сцен.

Конечно, было страшно! Я же одна ехала, без подруг. Поэтому еще в автобусе начала вести дневник, чтобы потом понять, что со мной происходит и зачем я сюда приехала. Был момент, когда хотелось развернуться обратно, как многие делали. Но в итоге я все-таки осталась.

— Идея снимать портреты женщин из массовки пришла в процессе съемок или до них?
— До. Перед тем как ехать на съемки, поинтересовалась, можно ли фотографировать? Сказали, что нельзя снимать только сам съемочный процесс и актеров, а участников массовых сцен можно. А в моем проекте массовка как раз и есть главный герой! Ведь фильм тоже снимался не про конкретного человека Марию Бочкареву, а про ее батальон.

— Одной из самых драматичных сцен фильма является та, где всех девушек бреют налысо. Как ты ее пережила?
— Очень тяжело. Я еще до участия в «Батальоне» переживала, что надо брить голову налысо, и со всеми советовалась по этому поводу. Мама сказала: «Волосы не зубы, отрастут». Подруга испугалась, что меня бритую потом на нормальную работу не возьмут. Но в основном всем мои друзья — отчаянные авантюристы, так что больше было советов за, чем против.



Я тогда перед поездкой на съемки купила себе тонкую шапочку, думала, что буду ходить в ней, пока волосы не отрастут. И все равно сомневалась до последнего, пока первую прядь не состригли. Потом был долгий супертренинг по принятию себя и своей красоты (Улыбается.).

Остальные женщины тоже по-разному отнеслись к бритью. Одни плакали, другие восприняли совершенно спокойно. А потом уже все настолько привыкли быть лысыми, что когда на площадке появлялся кто-то с длинными волосами среди двухсот бритых женщин, это казалось диким.





— А говорят, что красота женщины в ее волосах…
— Вот как ни странно, когда побрилась, наоборот, стала получать больше мужского внимания. Даже не знаю, как это объяснить.

— Как тебе кажется, что тогда делает женщину женщиной?
— Все в комплексе. Если у тебя длинные волосы, это не значит, что ты женщина. Образ женщины создается манерами, голосом, взглядом, характером. Те девочки, которые были милыми и добрыми, такими и остались даже после бритья. И я смотрела на них и удивлялась, а что они тут делают? А те, у кого был более мужественный образ, просто дополнили его.

А вообще бритая женщина выглядит стильно, минималистично. И женское лицо без косметики и прически, незащищенное и открытое, становится по-своему красивым. Без волос видна его индивидуальность: скулы, разрез глаз, брови. Кто-то мне даже больше понравился с бритой головой и в военной форме, чем с волосами и гражданской одежде. Вообще после съемок «Батальона» мне долго хотелось побрить всех вокруг.



— Кроме стрижки, через какие еще испытания пришлось пройти на съемках?
— Самыми сложными были сцены газовой атаки. Когда бежишь в тяжелой мокрой шинели и кирзовых сапогах по грязи, тебя засасывает, и на тебе противогаз с запотевшими стеклами, который сам по себе большая помеха, да еще из-за него все вокруг выглядят одинаково. От этого страшно, вдруг тебя перепутают с кем-то из каскадеров и начнут бить? Такие случаи тоже были. Слава богу, не со мной.

Боялась за свою винтовку. Она же железная (пластиковых было только штук пять), и было реально страшно самой не убиться и кого-нибудь случайно не проткнуть штыком, особенно, когда падаешь.

Один раз попробовала сыграть труп. Думала, что это проще, чем бегать.

— Понравилось?
— Не очень. Нужно было лечь прямо в грязь, отчего шинель тут же промокла бы и потяжелела. Я тогда подстелила солому, чтобы она все впитала, и легла на нее. И когда дали команду «Мотор!», и батальон побежал, мне стало страшно, что сейчас меня раздавят. Плюс кругом стрельба, грохот. После съемки казалось, что я действительно оглохла, хотя мы все затыкали уши ватой. В общем, больше понравилось самой бежать по грязи, чем в ней трупом валяться.

— Как складывались отношения на площадке?
— По-разному. Временами все напоминало какое-то реалити-шоу, потому что 30 девушек в одном помещении — это определенное испытание. У каждой свой характер, темперамент, режим дня. Тяжеловато было, особенно к концу съемок, когда устаешь буквально от всего.

Взрослые женщины были заботливые, как мамочки, показывали, где спальня, где кухня, где душ и т.д. Были такие, кто всегда носил с собой еду, например. Нас, конечно, кормили на площадке в перерывах. Но когда ты в окопе, хочется поесть, а до буфета далеко. И обязательно есть тот, кто угостит бутербродами, конфетами или даже глотком из фляжки. Потому что когда на холоде много часов стоишь в мокрых грязных сапогах, чай не спасает.

Я знакомилась и общалась со всеми, поскольку моя задача была снимать. И в каждом перерыве у меня с кем-нибудь обязательно был такой диалог:

— Я тебя снимала?

— Нет, не снимала.

— Тогда пойдем.

— Соглашались все?
— Нет, кто-то отказывался, кто-то просил «Давай потом». На улице было всего +5. Холодно. Я всех раздевала до гимнастерок, потому что шинели смотрелись громоздко и не эстетично. А мне нужно было, чтобы внешне все выглядели одинаково и разными были только лица. Так что в каком-то смысле фотографироваться в таких условиях было подвигом.



Еще у меня был свой железный аргумент, чтобы уговорить девочек сниматься: «Я приехала и побрилась налысо, чтобы снять твой портрет. Ты не можешь мне отказать». Это убеждало, потому что я сама снимала бритая, находясь в кирзовых сапогах по колено в грязи вместе со всеми, а не в комфортной сухой одежде и с волосами. И это было по-честному.

— Твои портреты женского батальона получились даже проникновеннее, чем в фильме. Это потому, что ты работала изнутри?
— Конечно. К тому же, я делала их на третий съемочный месяц, когда все уже пропитались этой атмосферой и чувствовали себя реально как на войне. Поэтому получились все именно такие проникновенные. Я специально просила, чтобы никто не играл на камеру.



Потом некоторые даже подметили связь и внешнее сходство между реальными участницами батальона Марии Бочкаревой и нашим «Батальоном». Может, правда был какой-то невидимый отбор и момент реинкарнации в этом всем, или цикличность истории, не знаю. Доказать, как и опровергнуть, это невозможно.

— Почему продюсер фильма «БатальонЪ» Игорь Угольников сначала пожурил тебя за твою фотовыставку в «ЭТАЖАХ», а потом похвалил?
— Я не спросила предварительно их разрешения на публикацию фотографий, что было, конечно, неправильно. Потому что костюмы, грим — это все не моя идея, а продюсеров фильма. А я сначала опубликовала свои портреты в Esquire. И только когда уже договаривалась о проведении фотовыставки «БатальонЪ» с питерским лофтпроектом «ЭТАЖИ», обратилась к Игорю Угольникову с просьбой поддержать выставку. Тогда мне позвонил креативный продюсер фильма Евгений Айзикович и объяснил, что нужно было изначально спросить их разрешения на фотосъемку и публикацию. Но поскольку фотографии им понравились, меня простили и помогли с финансированием. Всего на организацию выставки ушло около 90 тысяч рублей.







—  Солидно. Что вошло в эту сумму?
— Печать фотографий, транспорт, фуршет, оплата различных услуг по организации и инсталляция «На всех». Ее идея возникла на основе фильма Сергея Бондарчука «Судьба человека». Там есть момент, где его герой попадает в плен к немцам и ему дают выпить стакан водки. Потом предлагают закусить, а он отвечает: «После первой не закусываю». И так выпивает несколько стаканов, за что ему дают с собой в казарму кусок сала. Он приносит его другим пленным со словами: «На всех» и теряет сознание. А когда приходит в себя, видит рядом с собой множество маленьких бутербродов с этим самым салом.

И меня зацепил вот этот мотив «На всех», потому что когда мы жили батальоном, у нас тоже все было на всех. Вот я и решила сделать на своей выставке такую инсталляцию. Заказала сто граненых стаканов с гравировкой «БатальонЪ» и сто мини-бутербродов с салом. Гости честно все съели, выпили и забрали стаканы с собой как сувенир на память.



— Что такое, на твой взгляд, быть русской женщиной?
— Мне кажется, что русская женщина – это, к сожалению, сильная женщина, в то же время чувственная, потому что воюет и плачет одновременно. К сожалению — потому что ей приходится применять свою силу. И этот героизм он вынужденный, а не естественный.

Конечно, война — это совершенно не женское дело. Женщина на войне — это абсурд, нонсенс. Так не должно быть. И войны тоже не должно быть.

Кстати, когда фильм вышел в прокат, одна незнакомая женщина из Новосибирска написала мне: ««Оксана, хочу выразить вам и всем девочкам, снявшимся в фильме «БатальонЪ», огромное восхищение и низкий поклон от женщин Новосибирска! Вы сделали великое дело! Горжусь тем, что я — русская женщина!». И таких сообщений было много.

— То есть у войны все-таки не женское лицо?
— Абсолютно нет. Я вообще против пропаганды военного образа. Ничего романтичного и хорошего в этом нет. И лучше, чтобы никогда в нашей жизни не возникало моментов, подобно батальону Бочкаревой, когда женщине приходится проявлять свой героизм и силу. Пусть она будет в резервах, а женщина при этом останется слабой и красивой. Ведь подлинная сила женщины как раз в ее мудрости и красоте. А героизм — это мужское качество. Пускай каждый остается при своем. Я за это. За любовь и красоту.

Беседовала Полина Жорова

Фото: Оксана Данилова

Больше интересного в жанре: Интервью