Анна Козловская, режиссер театра «ШуМиМ»: «Успех — что мы до сих пор существуем»

Среди спектаклей, репетиций и фестивалей живет и работает Анна Козловская. Режиссер омского театра училась на режиссуре в ОмГУ, играла на сцене, а позже создала «ШуМиМ».

Расскажите немного об истории театра. Как он создавался?

— Театр «ШуМиМ» был создан 21 год назад. Все получилось, потому что я поступила на режиссуру в наш университет имени Достоевского, позже я пошла на практику в театр «Группа харАктеров» и как актриса работала там много лет. Мне все очень нравилось, я получала первый театральный опыт, но так как я поступила на режиссуру, то, конечно, нужно было практиковаться. Ставить спектакли, работать с артистами, поэтому я решила набрать театральную студию. Назвала ее «ШуМиМ». Первые года два мы занимались только пластическим театром, и спектакли были пластическими… может быть, даже не два года, а пять. Потом постепенно стали «говорить», драматические спектакли тоже появились в нашем репертуаре, но пластический стиль не ушел, поэтому во многих наших спектаклях есть пластические вещи.

Какова главная концепция театра? На чем он основан?

— Театр «ШуМиМ» — любительский театр. А это целая философия — любительский театр. Потому что если театром занимаются именно от любви, от того, что не могут не заниматься, — это творчество. Люди хотят творить, и нет цели получать за это деньги. Это цель творческая, и особенно, когда это любительский театр со взрослыми людьми. Детям он может дать некое направление после окончания школы, а взрослый любительский театр — это прежде всего реализация мечты. Была мечта о сцене, о театре, и когда человек приходит сюда в зрелом возрасте, то говорит: «Я давно мечтал и вот решил наконец попробовать». И мы даем эту возможность. Поэтому, пожалуй, главная концепция — исполнение мечты.

Какие успехи имеет театр на сегодняшний день?

— Успех — это то, что мы до сих пор существуем. Выезжая на различные форумы и фестивали, мы беседовали с другими режиссерами о том, что коллектив может существовать максимум десять лет, потом все равно он или меняется, или распадается. И поэтому сейчас, когда нам уже больше 20 лет — это, наверное, самое важное достижение. Конечно, это совсем иная форма, за это время действительно сменилось три-четыре поколения. Но есть ядро, которое существует в театре именно с тех времен, когда мы образовались. И мы продолжаем воспитывать ребят, делать спектакли. Продолжается тот самый процесс познания мира посредством театра, потому что это своего рода уникальное окно, через которое можно глядеть, узнавать, познавать себя и окружающих. И чем дальше, тем больше я понимаю, что достижения театра — это достижения учеников. Когда ребята, которые занимались у меня много лет, сейчас имеют свои коллективы, получают какие-то призы, грамоты, куда-то поступают, я чувствую себя абсолютно счастливой. Это какое-то смешанное с учительским материнское чувство. Они могут быть лучше, выше меня, и я буду этому только радоваться, как мама.

Какие проблемы чаще всего вы рассматриваете в своих спектаклях?

— Время поднимает болевые темы, на которые театр реагирует. Часто на фестивалях обнажаются темы, которые совпадают с теми, что ставили мы и другие коллективы. Вот, допустим, в этом году мы были на фестивале в Тольятти. Очень было удивительно, но, в общем-то, не особо радостно, что тема была брошенности, беспризорности. Она стала актуальной. Брошенности и бесхозности как животных, так и детей. Вообще, темы берем в зависимости от развития коллектива. Вначале было больше экспериментальных спектаклей: как людям молодым нам хотелось сделать что-то по-другому, хотелось другого театра. Хотя и классического-то мы не знали в начале, но уже сразу хотелось чего-то другого. Потом через пять-шесть лет возникло: «Так, стоп, а что я вообще знаю о классическом театре, чтобы экспериментировать?» И тут, наоборот, пошла полоса классики, полоса хороших авторов, хорошей литературы, знакомство с корнями. И оказалось, что классики такие экспериментаторы были, что самооценка сразу исправилась. Это своего рода этапность. Потом какие-то личные этапы произошли. Вот я режиссер, стала матерью, и, конечно, тема материнства стала отражаться в спектаклях. А когда получаешь такое счастье, такую ответственность, то на все смотришь иначе. И произведения начинаешь по-другому вскрывать. Тема войны — она уже совсем другая, тема любви тоже становится иной, потому что совсем другой смысл появляется, и ты понимаешь его. То же самое, если мы кого-то теряем, то это переживание углубляет разбор пьесы, спектаклей и работу с артистами. Зависит еще, разумеется, от того, с кем я делаю спектакли. Если я работаю с подростками, то понимаю, что спектакль — это возможность с ними поговорить о важных вещах. Но не просто сесть и рассказать, как можно поступать, как нельзя, а через спектакль. Это образовательные, педагогические вопросы. А если работа со взрослыми людьми, то уже другие темы можно поднимать. С ними можно о более проблематичном, но через иронию. Вообще, я стараюсь о тяжелом говорить как-то иначе. Поэтому стараемся искать юмор, иронию, самоиронию, куда без нее.

С какими трудностями сталкивается режиссер любительского театра?

— Трудность и в то же время данность. Заключается она в том, что с большинством артистов мы существуем короткий промежуток. То есть ребята приходят, получают реализацию театра, и не многие остаются на долгие годы. Два-три года — это среднее хорошее число. Кто-то уходит сразу, кто-то задерживается года на три, но в основном практически каждый год новые люди. И вот только на определенный уровень поставишь артистов, а они по каким-то причинам уходят. Это, пожалуй, самое сложное — принимать и отпускать. Иногда возникает сложность с рекламой театра, потому что мы все делаем сами. Мы и администраторы, мы и артисты, и распрространители билетов, и рекламный отдел. Придя в любительский театр, человек иногда думает, что пришел только на сцену. Но позже понимает, что он пришел не только играть: он пришел сидеть за музыкальным пультом, продавать билеты, делать программки и так далее.

То есть в труппу попасть реально? И как производится этот набор?

— Набор всегда происходит по-разному. И есть различия между набором в подростковую и взрослую группу. В подростковую я беру практически всех. Осенью проходит собеседование, но там есть своего рода ограничение — в расписании. Человек должен понимать, что репетиции пропускать нельзя. Потом уже в процессе работы понимает сам ребенок, его родители и я, способен он вытянуть эту нагрузку или нет. Вначале непонятно, какая нагрузка в театре, и объяснить не особо получается. Но где-то до Нового года человек уже понимает, может или не может заниматься. А со старшими сложнее. Сначала мы тоже иногда прослушиваем и потом берем. Когда-то мы проводим курсы — месяц-два или пару недель. Это так называемая лаборатория, в которой ребята понимают, что будет в театре, как с ними будут работать, какая это система работы. Потому что многие приходят в театр, думая, что мы пьем чай, общаемся, читаем, учим роли, примеряем костюмы и играем спектакли. То есть представление о театре, скажем так, неглубокое. Поэтому мы со старшими решили сделать подготовительную работу, чтобы человек уже понимал, устраивает ли его такой подход или нет. Обычно осень самое хорошее время для того, чтобы попасть к нам в театр.

Будет ли в этом году набор?

— Многие вопросы у нас решаются вместе с ребятами. Я спрашиваю, будем ли набирать, и мы коллегиально решаем. Это абсолютно честно. Я редко выношу какие-то авторитарные вещи, потому что мы все вместе ведем это театральное хозяйство. Больше я решаю, разумеется, когда делаю спектакль. Но в театре помимо спектаклей много вопросов, и ими занимаются ребята. У многих свое дело здесь. Мы движемся вместе, поэтому это обсуждается вместе с командой. Если ребята посчитают, что им нужны новички, и они в силах взять себе еще «молодежь», то мы будем набирать. Подростков будем набирать однозначно, потому что сейчас многие выпускаются и поступают в вузы.

Известно, что в октябре этого года у вас будет проходить фестиваль, который вы проводите ежегодно. Можете рассказать, что это за мероприятие?

— Фестиваль — наше детище с театром «Карусель». Наталья Владимировна Козловская является его директором. Это будет уже 10-й фестиваль, юбилейный. Он был задуман как альтернатива еще какого-то фестиваля в городе, потому что для любительских театров только «Театральная весна», которая существует уже много лет, и больше никакого фестиваля для города и области нет. Поэтому мы захотели и сделали. Уже десять лет у нас получается реализовать этот проект. К нам приезжали из других городов, из ближнего зарубежья были коллективы. Вообще, мы позиционируем себя именно как экспериментальный фестиваль, и не только театральный. Вот последний год — день литературы. Также музыкантов мы по возможности подтягиваем. Есть дни современной драматургии, когда читаются новые пьесы или эскизы современных драматургов. А в жюри мы стараемся ставить новаторских режиссеров. Но каждый год, проводя этот фестиваль, мы понимаем, что в любом спектакле можно найти эксперимент. Есть эксперимент, который видно — эксперимент формы, например. Но есть и внутренний, который поймут, наверное, только знатоки. Для того и создан фестиваль, чтобы мы постоянно искали что-то новое, будоражили друг друга и, конечно же, встречались.

Могут ли обычные люди попасть в зрительные залы и посмотреть несколько спектаклей?

— Да, конечно. Мы стараемся как можно шире осветить фестиваль. Стараемся сказать о нем везде, где есть возможность. Делаем шествие по городу для тех, кто не увидел и не прочитал информацию о нас. На фестивале будут спектакли, мастер-классы. После каждого спектакля проходят отрытые обсуждения. На фестивале вообще много мероприятий: с утра и до позднего вечера всю неделю фестиваля мы активно работаем. Любой желающий может найти, где поучаствовать и куда пойти. Может быть не только зрителем, но и участником фестиваля. Ближе к дате формируется афиша, которую мы заранее вывешиваем. Естественно, и у организаторов всегда можно узнать подробную информацию. Вам обо всем расскажут.

Есть ли в нашем городе театры, с которыми вы, может быть, поддерживаете дружеские отношения или сотрудничаете? И которые, на ваш взгляд, следует посетить.

— Еще с нашего театрального детства, со времен «Группы харАктеров», мы все плотно идем вместе — театр «ШуМиМ», «Карусель» и «Третий круг». У нас есть совместные новогодние проекты, когда мы объединяем усилия. У наших учеников уже появляются свои коллективы — это театр «Каруселька» Татьяны Трошиной, театр в «Крутой горке» Юлии Петренко, Евгения Мальгавко, которая сейчас работает в Лицейском театре и ставит также спектакли в ТЮЗе — и да, я могу гарантировать качество и рекомендовать их к просмотру. Мы одной школы — вместе существуем и работаем. Мы стараемся отслеживать творчество друг друга и посещать спектакли. Иногда удается вместе проводить театральные лаборатории. Для этого фестиваль и создан, пожалуй, чтобы все на нем пересекались. И не только мы, но и театры из других городов.

Какой у вас репертуар на май? И где можно подробно ознакомиться с информацией о вас?

— Май получился активный. Мы играли спектакль «Игра в Го» в начале мая, далее у нас «Порт-Артур Грэй: рейс задерживается» по мотивам произведения Грина «Алые паруса», 26 и 27 мая — «Над облаками всегда светит солнце», это камерная сцена. Афиша у нас в ГЦНТ им. А. М. Малунцева, в группе «Театр ШуМиМ. Омск», это в основном. Есть также сайт «Два театра». Поэтому приходите, мы вас ждем.

Интервью: Алина Ясинская

Самое актуальное в рубрике: Культура

Больше интересного в жанре: Интервью