Григорий Коробейников, дизайнер: «Сделал рюкзаки с логотипами Омска. Важно говорить о месте, где ты родился»

Выпускник ОГИС Григорий Коробейников приезжал в Омск на конкурсы «Образы Покрова» и «Сибирская этника» — работал в жюри и читал лекцию для начинающих дизайнеров. Несколько лет он живет в Москве, сотрудничал с BlackStar, Ulyana Sergeenko Couture, LN, выпускает вещи под собственным брендом KOROBEYNIKOV.

Омскую школу дизайна считают одной из лучших в стране. Для вас это так?

— Об образовании могу судить по результатам. Институт дал хорошую базу. То, о чем не говорили в вузе, тоже освоил в Омске. Перед переездом год работал в компании «Форпост», где производят крутую верхнюю одежду. После вуза и года работы меня сразу взяли в BlackStar. Мне кажется, в каждом модном доме есть студенты ОГИСа. Мы хорошие рабочие лошадки. (Смеется.)

Вам нравится, как организовано производство в BlackStar, но не нравится конечный продукт. Почему?

— Это правда. Принцип работы заключался в том, что мы использовали какие-то аналоги, беспроигрышные варианты. Это очень распространенный в России подход, потому что экспериментальные вещи порой не продаются. Люди хотят что-то простое, то, что они уже где-то видели. Так работает масс-маркет. Плюс мне не нравится сам стиль: он очень узкий, чистый спорт. И надо понимать, что BlackStar делает промо для артистов. Не было бы музыки, не было бы и одежды.

Вы за эксперименты?

— Дело не в этом. Цель BlackStar — продать как можно больше товаров, прорекламировать артиста. А мне всегда хочется, чтобы за любым продуктом стояла идея, история. В мире уже очень много одинаковых вещей, поэтому не хочется делать очередной похожий продукт — продаваемый, но бессмысленный.

Кто сейчас делает продукты с историей?

— Есть бренд Jahnkoy. Он принадлежит Марии Казаковой из Новосибирска, она уже давно живет в Америке, сейчас у нее коллаборация с Puma. Был недавно на презентации ее коллекции в Москве. Люди водили хороводы в центре столицы, пришли первые персоны в мире моды. Кажется, этого сейчас не хватает.

Мария перерабатывает славянские мотивы, исконно русскую культуру, и подает это материал в понятной форме: в коллекции были толстовки, футболки, крутые кроссовки. Это отличалось от всего, что я видел. Эти вещи хочется носить.

Важно, что Мария показывает культуру того края, где росла, не только в России. Людям в Нью-Йорке, которые никогда не видели хороводов и ничего не знают о культуре Сибири, было очень интересно на это смотреть. Она прекрасно понимала, что это привлечет внимание за границей. Выйти с просто красивыми вещами сейчас недостаточно для успеха. Нужна идея.

Показывая традиции, выстрелил и Гоша Рубчинский. Это наши дедушки ходят, заправляя брюки в носки, а в Европе такого не видели, для них это новый стиль, и это очень круто. Он стал популярен там, а уже потом его начали понимать в России.

Не считаю, что если ты любишь русское, надо обязательно перерабатывать и показывать это. Но все-таки важно помнить, откуда ты родом.

У меня есть серия рюкзаков с логотипами Омска. Считаю, что это круто и актуально. Важно говорить о месте, где ты родился. Следующий мой проект, который выйдет примерно через месяц, будет максимально близок к этой теме.

Сейчас мы работаем с омским фотографом и художником Ренатом Латышевым (JVCR). То, что он делает, уникально и красиво. И именно про Омск. Кого-то это наверняка заинтересует.

Расскажите о предстоящем проекте. Прозрачные рюкзаки, похоже, зашли на ура. Чем будете удивлять на этот раз?

— Люблю заниматься одеждой, но работаю над ней в сторонних компаниях. Под своим брендом пока трудно реализовать замыслы на хорошем уровне. Поэтому в своей марке я сконцентрировался на аксессуарах. Следующий проект будет называться You and I. В основе — идея объединения людей, любви, дружбы, семьи. Это будет рюкзак для тех, у кого есть вторая половинка. А есть она у каждого. Просто, может быть, вы сейчас не вместе или пока еще не знакомы.

В чем изюминка этого рюкзака?

— Он будет двойным — для двоих. Носить его можно с двух сторон. Смысл в том, что влюбленные становятся единым целым.

Сейчас вы стараетесь больше работать именно над своим брендом?

— Да. Месяц назад я завершил работу у Ульяны Сергеенко. Только потому, что это занимало огромное количество времени. В остальном ULYANA SERGEENKO — мое вдохновение на всю жизнь, мне очень нравится то, что там делают. Но захотелось изменить направление.

Сейчас уделяю больше внимания бренду KOROBEYNIKOV, но все равно беру интересные проекты. Например, работаю креативным директором в LN. Делаем перезагрузку бренда, скоро выйдет первая коллекция.

Как успеваете?

— Это поразительно! Я сознательно ушел от Ульяны, чтобы больше заниматься своим брендом. А сейчас понимаю, что я стал свободнее, но занимаюсь им меньше. (Смеется.) Но все-таки удается совмещать все проекты. У меня появилась небольшая команда, и мы медленно, но верно работаем.

Вы подключаетесь к сторонним проектам исключительно из интереса? Или это еще и способ получить ресурсы для своего производства?

— Скорее всего, и то и другое. Мы развиваемся сами, нет никаких инвестиций со стороны. А совсем без вложений продвигать бренд невозможно. Очень хотим, чтобы наши вещи продавались в Европе. Европейские магазины выкупают твои вещи. В России, за редким исключением, только принимают на реализацию. Это не очень хорошо, продукт может зависнуть. 

За пределы России KOROBEYNIKOV уже вышел: наши вещи можно купить на Филиппинах, в Германии и Китае. 

С кем вы хотели бы посотрудничать? В самых смелых планах.

— С Леди Гагой. Мне нравится, что она не из мира fashion, не хотелось бы делать проекты, которые ограничивались бы только модой, мне нужно, чтобы даже самая маленькая вещь имела историю. Раньше у каждого проекта Леди Гаги была концепция, и мне это очень нравилось: соединялись перформанс, музыка, огромное количество людей из других сфер. Сейчас она, к сожалению, изменила подход.

Самое актуальное в рубрике: Культура

Больше интересного в жанре: Интервью