Все ясно

Три веселых буквы

За 15 минут до начала заседания, пока подсудимый еще не появился, комментарии журналистам давала следователь СКР Юлия Никифорова. Под камеры ее привела пресс-секретарь омского отделения Следственного комитета Лариса Болдинова. Выяснилось, что представители СКР не останутся на заседание и пришли в суд только для общения с прессой.

Я украдкой спросил у Ларисы Ивановны, в чем же дело. Она рассказала, как порой несправедливо журналисты освещают деятельность СКР. Мол, в череде громких дел за последний год все лавры достаются прокуратуре. А прокурор что? Подписал обвинительное заключение и все. Нет, он, конечно, молодец, если борется в суде, выстраивает линию обвинения, добивается приговора, но к следствию-то прокуратура не имеет отношения.

— А иногда пишут: «по версии следствия». А следственных частей-то много: у ФСБ есть следствие, у МВД, у УЭБиПК.

А ведь достаточно поставить три известные буквы СКР, — пояснила Лариса Болдинова. — Ведь только мы знаем, какой ценой далось расследование! Какие были трудности, какие палки в колеса вставлял подозреваемый.

— А какие, — спрашиваю, — палки вставлял Стерлягов?

— Никакие, — ответила Юлия Никифорова, присоединившаяся к разговору. — Дал показания и на них настаивал. Статьей 51 Конституции РФ не пользовался. Трудность была в отсутствии практики. Мы сейчас эту практику формируем и, может быть, другие регионы будут ориентироваться на нас.

Не время слов

— Возражаете ли вы против присутствия журналистов? — обратился судья к участникам заседания.

Завозражал адвокат подсудимого Юрий Николаев. Заявил, что ему не нравятся вспышки и щелканье затворов фотокамер.

— Мне нравится, когда журналисты рисуют, — пошутил адвокат.

Прессу судья в зале все-таки оставил, но предупредил, чтобы фотографировали без вспышек.

После оглашения участников процесса адвокат ходатайствовал о дополнении защиты новым участником — адвокатом Натальей Бочкаревой. Утвердив ее новый статус, слово предоставили обвинению.

Александра Стерлягова обвиняют в превышении должностных полномочий (ч. 2 ст. 286 УК РФ). По версии следствия... то есть СКР, занимая должность министра имущественных отношений (2004-2012 годы), на излете карьеры (в июле 2012 года) умышленно и незаконно он подписал распоряжение о передаче в собственность ООО «Стройкомплектация» земельного участка площадью 1,4 га под принадлежащим организации зданием на улице 70 лет Октября.

Однако по утвержденным в регионе нормативам для эксплуатации здания площадью 201 кв. м могло быть предоставлено не более 454 кв. м земли. Более того, участок был продан по заниженной цене в 6,7 млн руб. Ущерб бюджету региона оценен в 13,7 млн руб.

Пока прокурор зачитывал обвинение, Александр Стерлягов что-то помечал в блокноте, очевидно готовясь дать блистательный ответ, который раз и навсегда поставит точку в этом процессе. Однако точку поставил судья.

Он сказал, что ввиду нового участника процесса Натальи Бочкаревой, защите требуется обсудить свою позицию прежде, чем что-либо говорить.

— Я бы и сейчас мог сказать, — поднялся Стерлягов.

— Да зачем?! — прервал его судья Алексей Полищук. — Вам лучше обсудить. Формулировка обвинения здесь, помимо квалифицирующей части, изложена на предыдущей странице. Здесь написано: «подписал распоряжение». Вот и все обвинения. Все же ясно. Прочее — это перечисление нормативной базы.

— Ваша честь! — вновь обратился Стерлягов — А можно я все-таки скажу по тем моментам, которые касаются непосредственно меня? — он точно готовил речь, может, даже репетировал.

— Вы должны посоветоваться с новым защитником. Тут ведь какой момент, позиция может быть такая: я ничего не подписывал и вообще министром не работал — это один момент. Другой — да, я подписывал документ, но не считаю это противозаконным. Или еще вариант: кто-то вместо меня подписал, — настаивал Алексей Полищук.

Александр Стерлягов задумался. Вторя судье, адвокаты убеждали его не торопиться с ответным словом, мол, момент еще представится. Александр Михайлович послушался защитников, сел.

Что за страна?!

Стали определять время следующего заседания. То одно число проговорили, то другое. В итоге назначили на 16 февраля.

— С этого начнем, потом будем подбирать по два заседания в неделю. Правда, у меня скоро появится еще одно страшное дело, но и для вас время найдем, — шутил судья Полищук в свойственной ему дружелюбной манере. Страшное дело, о котором он говорил, скорее всего, касается экс-вице-губернатора Юрия Гамбурга, заключенного под арест. Напомню, его так же как и Стерлягова, обвиняют в превышении должностных полномочий (ч. 1 ст. 286 УК РФ, п. «в» ч. 3 ст. 286 УК РФ) при продаже земли. Речь, правда, идет о муниципальных участках, которые департамент имущественных отношений в период, когда его возглавлял Гамбург, реализовал предположительно по заниженной стоимости.

Как известно, в начале прошлой недели уголовное дело в отношении Гамбурга было направлено в Центральный районный суд для рассмотрения по существу. И достанется оно, очевидно, Полищуку.

Когда процесс завершился, журналисты поинтересовались у Александра Стерлягова, что же он готовился сказать, но Александр Михайлович слишком долго был министром, чтобы говорить с журналистами по существу и отказался от комментариев.

На выходе из суда я еще раз спросил Александра Стерлягова о его несказанной речи.

— Учить их надо, — бросил Стерлягов.

— Кого? Чему?

— Следователей. Юриспруденции. Неучи они, — отрезал подсудимый.

К разговору присоединились его адвокаты.

— Умышлено подписал распоряжение... — повторила Наталья Бочкарева. — А как он может еще подписать? Бессознательно что ли? Это же его работа!

— Вы же понимаете, в какой стране мы живем?! — определил ход мыслей адвокат Юрий Николаев. Эта фраза давно уже стала штампом негодующих, но бессильных к ситуации людей. Она непременно оправдывает трудности и неудачи. — Мы когда следователям объяснили свою позицию, говорим: «Вы же понимаете, что у обвинения нет оснований?». Они только глаза опускают. Все же ясно, не все от них зависит и кому-то влиятельному выгодно это дело.

Что-то такое говорил и Юрий Гамбург, и, скорее всего, скажет экс-глава Омского района Сергей Алексеев, чье уголовное дело по незаконной продаже земли недавно было передано в суд. Эта фраза вместе с новой практикой расследования уголовных дел по махинациям с землей станет популярной и в других регионах России.

Владимир Червонящий

Текст опубликован в газете «Деловой Омск» № 5 (058) 10 февраля

Самое актуальное в рубрике: Закон

Больше интересного в жанре: Статьи