«Когда женщина не знает, чего хочет, она решает, что хочет детей» — Светлана Баженова в «Черном списке»

Мы активно следим за тем, как развивается ситуация вокруг «него». Новости о «нем» звучат из каждого утюга. Однако с нашими героями мы говорим о другом. Ради этого даже составили «черный список» слов (пожалуйста, не заглядывайте сюда), которые упоминать нельзя. А за основу беседы взяли шесть тем из пьесы Евгения Гришковца «Сатисфакция». Там мужчины соревнуются, кто кого перепьет, и, кажется, говорят о важном.

«Мороженое»

Когда мне было шесть лет, я сперла у мамы шесть рублей и купила в ларьке мороженое, чтобы испытать счастье. Но на меня залаяла дворняга, я перепугалась, бросилась бежать, упала, разбила коленки, мороженое размазалось по асфальту, зареванная я пришла домой.

Мама мазала мне коленки йодом, а я, обливаясь слезами, думала о том, что, наверное, Боженька, и вправду, все видит.

Позже, конечно, я сто раз убедилась в обратном, но на мороженку деньги больше не тырю и вообще охладела к пломбиру с тех пор. Хорошо, что есть еще фруктовый лед. С ним у меня не связаны никакие криминальные воспоминания, он реально утешает в жару и выглядит как-то… естественнее, что ли.

«Первые деньги»

Первые деньги я заработала, наверное, в ДК «Железнодорожник», исполнив роль веселого поваренка или Снегурочки, уже не помню. Мне было лет тринадцать. Зарплаты мне хватило на блеск для губ и на новую книжку про Гарри Поттера.

С деньгами у меня очень сложные взаимоотношения. Очень. Я вечно нуждаюсь в деньгах, но факт их наличия (особенно в большом количестве) всегда так тревожит меня, так расстраивает нервы, что я могу извести ЛЮБУЮ сумму в рекордные сроки, лишь бы не испытывать этого дискомфорта нереализованных возможностей. Это, кажется, какой-то признак психологии бедных или что-то вроде того. Я бы с удовольствием походила к психологу, но как раз сейчас у меня нет денег, чтобы ему заплатить.

«Дети»

Маленькие люди наводят на меня тоску. Иногда они говорят смешные и точные вещи, но, судя по постам их родителей в соцсетях, не чаще раза в неделю, а это все-таки очень редко. Вот сама бы я хотела, конечно, народить на свет пупырзика и носиться с ним, как полоумная, и тащиться от всего, что он делает. Ну, такой новый опыт, и, конечно, уже пора бы. Думаю, еще год-два, и дети станут для меня больной темой, и я буду психовать, что их у меня нет.

С другой стороны, одна моя знакомая как-то доложила мне о том, что, когда женщина не знает, чего хочет, она решает, что хочет детей. Потом рожает, а потом страдает от постродовой депрессии, потому что фигуру испортила, органы порвала, а жизнь не наладилась. Так что я хочу ребенка.

Мой ребенок будет мне интересен, я так думаю. Чужие дети – ох, нет. Ладно, еще там до трех лет они хотя бы забавные. А потом они же научаются врать и злонамеренно творить всякую дичь. И все это так уродливо в своей наивности, так неизящно, так прозрачно подло. Вот в этот период они меня бесят больше всего. Вплоть до того момента, пока им не исполнится хотя бы 23 года.

«Друзья»

Друзья – это самое главное. Друзья предают, утешают, говорят про тебя меж собой. Настоящая дружба – это действительно безусловная любовь. Ты знаешь, какое чудовище твой друг, он знает, как ты слаба, лжива и необязательна, но вы все равно вместе в любой беде. В радости вы обычно друг про друга не вспоминаете, но это не повод для обид, вы ж друзья, вы все понимаете.

Думаю, у меня есть четыре с половиной настоящих друга. Еще есть человек 15, которые уверены, что мы друзья. Есть еще добрые знакомцы, которые не дадут мне помереть в трудный момент, но терпеть мою слабость бесконечно ни за что не согласятся, поэтому я ими стараюсь не злоупотреблять. Например, я не досаждаю им поздравлениями с днем рождения, но в критической ситуации могу попросить у них взаймы.

«Одиночество»

Никогда не испытывала одиночества. Поэтому могу только фантазировать и мечтать на эту тему. Очень люблю оставаться одна. Но остаться в комнате или в лесу одной и даже на несколько дней – это все-таки не одиночество.

Я не знаю, сколько времени мне нужно, чтобы в тишине комнаты или леса закончить все мысленные диалоги со всеми важными людьми, чтобы уже наконец-то послушать свои собственные мысли. Думаю, одиночество – недоступная мне блажь.

«Музыка»

Мои музыкальные предпочтения, как и у многих, – ужасная помойка. Я только знаю наверняка, что не люблю тяжелый рок, вообще его не воспринимаю. Всегда, когда слушаю музыку, придумываю всякие клипы по мотивам моей тут же вымышленной жизни. Причем сюжеты у меня как из телевизора на канале «Россия» – от яхты с парусом до спасения пленных детей. И везде я герой или ужасная красавица с длинными волосами или толстыми дредами, непременно худая, скуластая и глазастая.

Еще люблю представлять, будто это я так офигенно пою, на сцене или под забором, и даже умею играть и на фортепьяно, и на гитаре, и даже на гармошке иногда (очень редко). Или что это мне так офигенно поют, для меня, обязательно публично, как минимум, ночью под окном от безответной любви или от ужасных обстоятельств.

Танцы в голове придумываю под музыку. Я их в жизни, конечно, не могла бы исполнить. Чисто физически. Но кто-нибудь, наверное, смог бы. Короче, музыка для меня – размягчитель мозгов.

Читайте другие материалы проекта: 

Арсен Пономарев: «Если мы напились и не поубивали друг друга, значит мы, скорее, друзья, чем враги». 

Марк Гринберг: «У психиатра мало друзей. И те, что есть, относятся ко мне с подозрением».  

Андрей Копейкин: «Недавно подумал: что-то мы давно не ругались с женой…».

Сергей Демченков: «Я матерый извращенец: когда сверстники заслушивались «Кино», я предпочитал Вивальди».

Наше интервью со Светланой о театре, сценариях и планах покинуть Омск можно прочесть здесь.

Самое актуальное в рубрике: Черный список

Больше интересного в жанре: Новости