«Ребенок как разменная монета»: бывшая жена обвиняет омского священника в абьюзе и в том, что он «украл» у нее сына — экс-супруг с этим не согласен

Семейный конфликт разгорелся между бывшей омичкой Светланой Белогубцевой и ее экс-супругом Евгением Белогубцевым, который является настоятелем Свято-Покровского храма в поселке Оконешниково в Омской области. Не найдя взаимопонимания с бывшим мужем, на днях женщина предала ситуацию огласке, уличив бывшего мужа в абьюзе, регулярных оскорблениях и в том, что он настраивает против нее их общего сына.

История Светланы

Как выяснилось, супруги развелись в 2007 году почти сразу после рождения сына Федора, но Евгений, по словам Светланы, ушел от нее раньше — когда она была еще беременна. А в 2008 году Светлана решила переехать в другой город.

«Из-за постоянного абьюза со стороны мужа я подала на развод и нам с сыном пришлось уехать из Омска. Хотела избежать эпизодов домашнего насилия, которые исходили от Евгения. Он был грубым и, что еще страшнее, — манипулятором. Манипуляции заключались в том, что он постоянно все выворачивал наизнанку. Обвинял в том, чего не делала. А все шаги и поступки выставлял в негативном свете. Изматывал психологически. От этого, собственно, я и уехала, покидая Омск», — объяснила женщина.

Сначала она вместе с сыном уехала на малую родину, под Воронеж, а в 2011 году после отпуска в Петербурге Светлана и Федор решили поселиться в Северной столице.

Фото: архив Светланы Белогубцевой, 2012 год

Когда сын подрос, Светлана поняла, что ребенку важно общаться с отцом, к тому же последний предпринимал попытки связаться с ним, поэтому она уступила, плюс ко всему Евгений помог им с покупкой квартиры в Петербурге — и вроде как отношения более-менее нормализовались.

«В благодарность за помощь с покупкой квартиры не стала подавать на Евгения на алименты. Да и не вяжется как-то: батюшка и алименты. Пожалела его, в общем. Так и жили», — рассказала Светлана.

Евгений и дальше, как объяснила Светлана, помогал ей — на крупные траты, которые касались ребенка, они складывались пополам. Два раза в год на зимние и летние каникулы Светлана отпускала сына к отцу в Омск.

Однако спустя несколько лет таких перелетов, весной прошлого года, Федор вдруг заявил о том, что хотел бы поучиться в Омске. Светлана не возражала, решив, что парню нужно общение с отцом. Но уже через несколько месяцев пребывания Федора в Омске от Евгения женщине, по ее словам, стали сыпаться сообщения якобы с требованием денег на содержание сына, возобновились и оскорбления.

Тогда Светлана решила направить жалобы на хамство Евгения в патриархию и омскую епархию, чтобы, по ее словам, «немного умерить его пыл».

Уже летом этого года сын вернулся в Петербург, в это время Светлана напряженно работала на Петербургском международном экономическом форуме (по профессии она журналист) и вынуждена была отправить сына к отцу. По ее словам, в этот приезд сын «артачился», спорил из-за бытовых вопросов, не хотел помогать по дому.

Светлана отмечает, что параллельно от Евгения возобновился поток ругани через сообщения из-за жалобы в епархию, которая, вероятно, дошла до адресата. А позже Федор и вовсе заявил, что возвращаться не планирует и будет жить с отцом, хотя раньше мечтал поступить в гимназию в Петербурге. При этом Евгений, по словам Светланы, сообщил ей, что это он решил не пускать сына обратно в Петербург в отместку за обращения в патриархию. Светлана уговаривала Евгения отпустить ребенка, но в ответ получала только оскорбления. Она поделилась скриншотами переписки.

Чтобы добиться справедливости Светлана обратилась в СМИ, но с тех пор общение с бывшим мужем и с сыном только ухудшилось: если в прошлом году она созванивалась с Федором ежедневно, то сейчас, по ее словам, она по несколько дней не может дозвониться ни до него, ни до Евгения. Сына теперь она просто не узнает — он полностью на стороне отца.

Такие сообщения Федор писал маме, когда уехал от нее в прошлом году.

Сообщения текущего года, когда мальчик не захотел возвращаться в Петербург.

Тем временем Светлана рассказала еще одну деталь из биографии экс-супруга — по ее словам, после развода с ней он жил с другой женщиной и ее тоже оставил с ребенком на руках.

«По православным канонам, он в принципе не имеет права служить, когда развелся. То есть у него два пути после развода: или бросить священство, или уйти в монахи», — заявила Светлана.

Комментарий епископа Калачинской епархии

Конфликтную ситуацию прокомментировал непосредственный руководитель Евгения епископ Калачинский Петр (Мансуров).

«Это его бывшая жена, они развелись еще лет десять или двадцать назад, точно не помню. Я ее видел, она от него требует деньги и пытается всячески скандалить, чтобы его заставить. Он не платит ей алименты на сына, а сын живет у него. Она хотела сына забрать, но он не отдавал, да сын и сам не хотел. Вот из-за этого все, к сожалению, такой неприятный путь

Как священник он добрый и хороший, ведет работу на приходе. Он однажды мне покаялся, что да, действительно, как-то не сдержался и ответил ей грубо, это старые сообщения», — цитирует архиерея «Ридус». А про вторую жену Петр Мансуров якобы ничего не слышал, попутно он назвал Светлану скандальным человеком.

Мнение отца

В стороне не остался и сам Евгений Белогубцев. «Новый Омск» пообщался со священнослужителем и выяснил его точку зрения на конфликт. Евгений заявил, что никогда не препятствовал общению сына с матерью, но сейчас мальчик сам не хочет жить с ней, свою роль в этом сыграло и освещение ситуации в СМИ, а отправить сына в Петербург насильно, по его словам, он не может.

Фото: скриншот kalachinsk-eparhiya.ru

«Я не был против, чтобы сын учился в новой школе в Петербурге. Но дело в том, что о проходящих в ней экзаменах она узнала поздно — за неделю до начала учебного года. Ребенку нужно в школу идти, считаю, что ему нужно позволить спокойно учиться и не напрягать.

Я не запрещал ему уезжать к матери, он сам решил, что не хочет ехать туда. Ну как я могу его отправить, если он не хочет? Он мне говорит: «Папа, ты что, как предатель будешь?». Я так поступить не могу. Сын уже взрослый, поэтому может сам решать, где и с кем ему жить. Мы с ней препираемся, но это не главное, важно дать слово ребенку — пусть он сам сделает выбор. Если у Светланы есть претензии, пусть обращается в суд. Сын там сам скажет все, что думает», — сообщил Евгений.

Что касается переписки и оскорблений, Евгений заметил, что Светлана тоже не отличалась в этих беседах вежливостью, он бы тоже мог предоставить записи разговоров, но не хочет раздувать конфликт. По его словам, она также оскорбляла его, даже в разговоре с ребенком. «По поводу оскорблений мы сами разберемся. Считаю, что об этом точно не людям судить», — заметил священнослужитель.

Какую-либо другую информацию он комментировать отказался.

Придется обращаться в суд

Светлана упорно считает обвинения Евгения неоправданными.

«Самая большая подлость — он открещивается от своего второго ребенка. Заявления уважаемого Петра Мансурова — по меньшей мере — лукавство. То есть священнослужитель вот так легко и непринужденно открестился от своего же ребенка? Это еще один факт, который, как говорится, «за гранью».

По поводу версии, что я хочу «бабла срубить». Достоверно заявляю: не в «бабле» дело. Я хочу уберечь и защитить сына, дать ему хорошее образование», — пояснила Светлана.

По ее словам, и сообщения с оскорблениями от мужа — это не старая переписка, она продолжает получать такие до сих пор. Светлана уверена, что Евгений настраивал ребенка против нее.

«Алименты не платил, при этом ребенку украдкой от мамы подсовывал деньги. Я работала на двух работах. Да, уставала, да просила помощи от сына. А в это время отец, вместо того, чтобы воспитывать сына правильно, в любви и уважении к матери, настраивал его против. Использует ребенка как разменную монету...

Можно придираться к терминологии, но я считаю, что он просто украл у меня ребенка. Сейчас, когда прокручиваешь все назад, становится понятно, что с его стороны это была продуманная, спланированная многоходовка. Все эти годы у меня за спиной он подзуживал и настраивал сына. Теперь, то, что прежде делал украдкой, просто делает открыто. Если уж делать работу над ошибками, самой большой моей ошибкой было то, что я разрешила ему общаться с сыном. Уезжала из Омска с намерением закрыть отношения - именно так и надо было поступить, — негодует Светлана, — Юридические процедуры, конечно будут. Безусловно. И да, я отдаю себе отчет в том, что мне в этой истории предстоит долгий и трудный путь». 

По ее словам, она отправила несколько обращений в омскую епархию и в московскую патриархию, а также в прокуратуру и управление опеки и попечительства городского департамента образования и на данный момент ожидает ответов. Евгений же считает, что единственно правильным вариантом решения конфликта может стать только обращение в суд.

Добавим, что, по мнению педагогов и психологов, первыми, кто страдает от взрослых разборок, всегда становятся дети. Поэтому обеим сторонам спора важно найти в себе силы договориться, продумать варианты совместного общения и взаимодействия и прийти к одному решению, минимально травматичному для ребенка.

Самое актуальное в рубрике: Общество

Больше интересного в жанре: Новости