Александр Костюков об аресте Калинина: «Любой бизнесмен может попасть под раздачу, и защититься от этого нельзя»

Александр Николаевич, как вы относитесь к аресту главы холдинга «Акция» Сергея Калинина?

— Отношусь очень плохо. Потому что Калинин не какой-нибудь «подпольный миллионер Корейко». Он публичный человек, председатель комитета по законодательству Заксобрания региона. У него открытый бизнес — когда вводили в эксплуатацию его молочный завод, там добрая половина руководителей области была… И вдруг выясняется, что входящий в холдинг «Акция» «Омскгоргаз» якобы работает по неправильному тарифу… Тут же возникает вопрос: «А причем тут Калинин. Какие к нему претензии?» Все организации, работающие с тарифами, получают согласие в РЭК. С «Горгазом» эта ситуация повторялась неоднократно — обращались в РЭК, комиссия давала добро, и все работало. Почему претензии к одному человеку? Здесь настолько четко просматривается политический заказ, что и комментировать ситуацию-то не очень интересно.

Допустим, федеральная служба по тарифам выиграла суд и понизила тарифную ставку компании. И что? Разве из этого следует уголовная ответственность Калинина? Нет. Из этого следует, что нужно прислушаться к тем решениям, что приняла федеральная служба. А дальше существуют четкие гражданско-правовые механизмы восстановления финансового баланса, взыскания средств со стороны «Горгаза» или другой компании, если во всем виноват посредник. Причем тут уголовная ответственность Калинина?

Тот факт, что такое «дело» с такой аргументацией стало в принципе возможным — это «звоночек», что эпоха сменилась и наступает новый «условный 37-й»?

— Конечно, случай с Калининым не рядовой. Это характеристика ситуации, которая имеет место быть в нашей стране. Но даже в Омске это не первый такой случай. Причем преследуются люди, которые в общественной иерархии занимали достаточно видные места. Из последних случаев — ситуация с Олегом Шишовым. Это совершенно неординарный предприниматель, великолепный инженер. Неужели нельзя было учесть его заслуги, когда выносили приговор?

Он вышел из колонии и буквально за год развил бурную деятельность, создал новую компанию, которая имеет международные заказы. Думаете, это случайность? Нет, это показатель того, что Шишов — выдающийся человек.

Или случай с Юрием Гамбургом. Я понимаю, что были какие-то претензии к стоимости проданной земли, но прямых-то доказательств не было, все строилось на косвенных уликах. А это смешно. У Калинина тоже все обвинение построено на косвенных уликах, никаких прямых доказательств нет.

А позвольте тогда неделикатный вопрос. У нас ведь очень сильная научная юридическая школа, вы сами много лет преподаете на юрфаке, где наверняка учились многие нынешние сотрудники правоохранительных органов… Почему такое отношение к закону?

— А вы не путайте науку и правоприменительную практику, которая, как показывает опыт, у нас бывает разная. Вопрос не в том, кто в каком вузе учился. Работает жесткая система, отдельным представителям которой было сказано, мол, есть мнение, что… И они побежали выполнять поручение. Здесь не идет речи о законе вообще. Все за уши притянуто.

Очень плохо, что к 2018 году мы имеем такую ситуацию. Но при этом мы любим порассуждать о правовом государстве. Что смеяться-то! Им здесь и не пахнет. Да, такие вещи очень напрягают.

В деле Калинина фигурирует знаковая фамилия — Казанник, сын легендарного прокурора...

— Я не думаю, что здесь корректно делать какие-то сопоставления с его отцом. Я бы в этой части воздержался от персональных оценок. Важно понимать другое — есть структура, которая заняла такую позицию, и отдельные представители структуры являются ее выразителями. Там очень строгая иерархия.

А в судебном корпусе, на ваш взгляд, больше свободы в выборе действий?

— Процессуальная самостоятельность у судей, конечно, очень высокая. Но опять же повторюсь, правоприменительной механизм у нас работает с очень серьезным обвинительным уклоном. Если мы проанализируем все приговоры, то оправдательных среди них будет едва ли 0,5%, а то и меньше. Такая статистика никуда не годится. Это означает, что государство относится к своим гражданам с недоверием. Но при этом хочет, чтобы граждане доверяли государству. При таком подходе никогда оно не получит доверия. Это очень серьезные вещи — людей нужно уважать.

Когда говорят, что нужно обеспечивать права и свободы, это же не мифические вещи. Это вполне серьезные конституционные категории. Если права и свободы обеспечены, значит, государство относится к своим гражданам с доверием. Если вы прочитаете основные кодексы РФ, вы там доверия не найдете вообще. В этом и заключается проблема. Нет среди граждан такого количества подлости, которое видит в них государство. Его реально нет — ни в нашей стране, ни где бы то ни было.

Что же касается «дела Калинина», без сомнения, судья выносит свое решение не в одиночку. Подобные вещи обсуждаются коллегиально за пределами процесса. Видимо, имело место какое-то совещание, с участием не одного судьи, и они держали совет. При этом пытались учитывать не только чисто процессуальные особенности, характер нормы уголовного закона, но и откуда сквознячок дует.

Если, по вашей логике, арест Калинина не совсем укладывается в уголовные нормы, возможно ли как-то наказать людей, которые такие решения принимали, выходя за рамки компетенции?

— А как наказать? Это же не единичная ситуация. Так по всей стране. Если обвинять всю страну в этом уклоне, то надо весь этот уклон поменять. А этого делать никто не собирается. Естественно, если вмешается вышестоящее должностное лицо — в нашем случае председатель Верховного суда — и скажет: вы все такие нехорошие ребята, вот это все нужно срочно поотменять, тогда да. Другое дело, что, на мой взгляд, он так никогда не скажет.

Вы многолетний член Союза предпринимателей, как, на ваш взгляд, должен реагировать бизнес в подобных ситуациях? Объединяться, высказываться или отмалчиваться — своя шкура дороже?

— Высказываться однозначно надо, но и бизнес, который молчит, можно понять — омским предпринимателям очень тяжело. Во-первых, сама экономика и состояние инвестпривлекательности региона оставляют желать лучшего. Чтобы сохранить свою компанию, бизнесмену приходится выкручиваться так, как известно одному Господу Богу.

А этот пример лишь показывает, что любой бизнесмен может попасть под раздачу и защититься от этого невозможно. Можно как-то чуть-чуть влиять, но принципиально защититься нельзя.

Самое актуальное в рубрике: Суды

Больше интересного в жанре: Интервью