В «Дали» от суеты

Омский интернетовский обком во главе с одним местным художником устроил мне показательную казнь за прошлый отзыв о ресторане «Хибара». Я ненароком упомянул слово Путин — красную тряпку для всей нашей прогрессивной общественности — и тем самым, судя по всему, спровоцировал взрыв. Наступил, короче, на снаряды в головах.

К тому же художники у нас — существа иррациональные — могут обидеть каждого.

Вдобавок к этому на шутливое сравнение женского естества с кулинарным продуктом — пельменем — сдетонировали нежные музы этого художника. Они ошибочно приняли данное определение на свой счет. Ошибочно, потому что сравнение с пельменем предполагало наличие некоего содержания в формах. Чуть большего, чем только владение навыками регистрации в соцсетях.

Весь этот омский сюрреализм, конечно, умиляет меня каждый раз. Товарищи люди, по сути, я пишу не о ресторанах, я пишу о толерантности. Кулинарная тема — лишь форма общения с читателем. Что может точнее иллюстрировать разницу в человеческих вкусах и взглядах на бизнес, политику, журналистику, в конце концов, нежели предпочтения в еде? Мы же не бьем друг друга смертным боем за приверженность к грибам или каперсам.

На толерантность хорошо настраиваться в ресторане «Дали» — омском филиале гения-сумасброда, тем не менее давшего миру урок разномыслия.

В четверг за час до закрытия в ресторане пусто. Нам повезло с приятелем — мы буквально споткнулись об уходящий персонал. Весть о пришедших посетителях они приняли мужественно. Лишь у официантки слегка задергался глаз. Однако в течение 10 минут нам организовали закуски. В ответ на теплый прием я заказал теплый салат «Миладзанья» из овощей и сыра-гриль Халуми в соусе «Гаспачо». Признаюсь, заказать салат без мяса — личный подвиг для меня. Психологически оставаясь сыном голодных 90-х, я все боюсь, что не наемся «пустым» блюдом, даже если дальше последует еще не один «плотный» заказ.

Дальше наступил опасный момент — мой друг решил попробовать семгу «Кастаньет» под соусом «Песто» будучи абсолютно уверенным, что ее невозможно испортить. Мой товарищ думает так, поскольку сам замечательно готовит рыбу. Лучше рыбы он делает только детей — у него их трое. Он не так толерантен, как я: нахамивших художников он запекает в соусе «Песто»... Поэтому, когда официантка спросила, понравилась ли ему семга, я испугался, что сейчас выскочит тигр с полотна «Сон, вызванный полетом пчелы вокруг граната за секунду до пробуждения». Но обошлось. «Семгу невозможно испортить», — улыбнулся он.

В меню есть интересное блюдо — костолетте «А-ля Азазелло», приготовленное по рецепту булгаковского персонажа. Проще говоря, говяжий «Рибай» в соусе «Шатобриан». Это, без сомнения, очень вольная трактовка рецепта Азазелло, о котором в книге говорится лишь как о шипящем куске мяса, сбрызнутом соком лимона. Однако литературная точность не вступает в конфликт с кулинарной изысканностью — соус на основе белого вина, деми-гляса (бульона — вытяжки из телячьих костей) и масла «Метрдотель» делает свое «чертово» дело.

Последний штрих — десерт — тыквенный шербет на основе медовой тыквы, белого шоколада, фисташек с вишневым топпингом.

Все это тыквенно-булгаковское разнообразие органично уживается в ресторане «Дали», как пчелы, тигры, слоны, гранаты и девушки в вышеуказанной картине каталонского художника.

Но только не говорите об этом омской прогрессивной общественности.

Станислав Жоглик

Текст опубликован в газете «Деловой Омск» №49 (053) 23 декабря

Самое актуальное в рубрике: Общество

Больше интересного в жанре: Новости