Кадровая революция Петра Первого

Возможно, наиболее заметным в истории России прорывом в решении вопроса о подборе кадров была самая настоящая «демократическая кадровая революция» Петра Первого. Именно он решительно порвал с прежними подходами к распределению государственных должностей, которые назывались местничеством. Правда, формальная отмена этого правила состоялась ещё при старшем брате Петра Фёдоре Алексеевиче в 1682 году. «Местничество» - это принцип назначения на государственные должности строго в соответствии с родовитостью, древностью и знатностью рода. Самые высокие посты в государстве могли занимать исключительно Рюриковичи, то есть прямые потомки первого древнерусского князя. Затем шли боковые ветви этого рода, потомки братьев, соратников и первых помощников Рюрика и т. д. Кроме прямой генеалогии учитывалась именно древность рода: если предка какого-то боярина помянули в летописи в XII веке, а другого лишь в XIII, то не-оспоримо первый признавался более родовитым, а следовательно, всегда назначался на более высокую должность в государстве. Учитывались и персональные заслуги предков, для этого велись так называемые разрядные книги, и ведал этими делами Разрядный приказ - специальное ведомство, предшественник министерства. А местничеством это называлось потому, что от знатности рода зависело место боярина в Боярской думе: он мог сидеть либо в первом ряду от царя, либо в шестом и т. д. Споры по этому поводу длились многими годами. Частенько бояре, приходя на заседание своей Думы, устраивали самые настоящие драки в борьбе за место. Скажем, боярин на восьмом месте считал, что сидящий перед ним на седьмом месте человек менее древнего и менее заслуженного рода, и потому он сам пытался физически восстановить справедливость. В таких случаях бояре очень активно «таскали друг друга за брады», и разнять их мог только царь-государь. Он же и разрешал спор о месте.

Оно бы и ладно, если бы это был только вопрос престижа и символического места на заседании в Боярской думе, но, как уже говорилось, от родовитости зависело назначение человека на ответственный пост. И при таких порядках будь ты хоть семи пядей во лбу, но ходить тебе в подчинённых какого-либо более родовитого, но тупого боярина всю жизнь. А он может быть и полным бездарем или вообще человеком необразованным и даже глупым. Но ему «на роду написано» возглавлять какой-либо приказ или быть старшим в какой-либо кампании. Особенно большой вред местничество наносило в делах обороны страны. Главнокомандующим мог быть назначен только самый знатный боярин или князь, даже если он уже неоднократно доказал свою неспособность к управлению войсками. А талантливый полководец оставался на вторых и третьих ролях только потому, что его род стал известен лишь в XIV веке, а не ранее. Никакие способности, даже гениальные, не брались в расчёт. И так - во всех звеньях государственного аппарата и войска. Трудно подсчитать, какой урон нанёс этот принцип местничества и в гражданском, и в военном ведомствах, сколько войн было из-за этого проиграно.

И отменить местничество оказалось не так легко, хотя в 1682 году даже разрядные книги демонстративно сожгли, чтобы обозначить, что прошлые заслуги предков не будут учитываться при назначении на должности. Местничество, однако, оказалось очень живучим. И понадобился такой крутой «революционер», как Пётр Великий, которому удалось сломить этот пережиток родового строя. Главное, что он смог не только добиться фактической отмены местничества, но и придумал целую систему, заменяющую этот принцип. В 1722 году была принята Табель о рангах, согласно которой все должности и чины в гражданской, военной и придворной службе давались исключительно за личные способности и заслуги. Табель включала в себя восходящий перечень 14 чинов - от младшего 14-го класса до 1-го. Каждый человек, вступающий на государственную службу, должен был начинать её только с чина 14-го класса независимо от своего происхождения и родового титула и только лишь затем своей добросовестной службой добиваться соответствующего

повышения в чине и классе. Это ставило в равные условия всех государственных служащих и офицеров. Талантливые и способные быстро достигали при Петре довольно высоких чинов, хотя и были не из древних боярских родов. Демократичность этой петровской реформы заключалась не только в уравнивании шансов дворян. На государственную службу брали и не дворян, то есть разночинцев из простого люда. Получение первого офицерского чина - фендрика - давало право на потомственное дворянство, в гражданской службе 14-й класс сопровождался возведением в личное дворянство, а если человек дорастал до 8-го класса - до коллежского асессора, то ему давалось потомственное дворянство, которое распространялось и на всех его детей. Таким образом происходила демократизация дворянского класса, он получал пополнение в лице способных и образованных офицеров и чиновников, которые добросовестной службой Отечеству доказали своё право находиться в привилегированном высшем сословии. В то же время титулованные, но избалованные и бездарные потомки из древних родов больше не могли занимать высоких постов и наносить ущерб армии и государству своими некомпетентными решениями. Состоялась, таким образом, чистка государственного аппарата и заметное повышение качества его работы. В законе о введении Табели о рангах прямо говорилось о том, что эта мера направлена на привлечение на госслужбу и продвижение по ней талантливых людей из простонародья: «Дабы тем охоту подать к службе и оным честь, а не нахалам и тунеядцам получать». Пётр настолько последовательно и жёстко продвигал реализацию своей идеи «социального лифта», что регламентировал в соответствии с Табелью все сферы жизни чиновников. Так, если кто-то из аристократического рода в церкви становился вперёд других «не по чину», то он подвергался штрафу в размере двухмесячного жалования.

Весьма полезная была эта мера. Но вот с коррупцией в рядах чиновничества даже Пётр Первый не справился, оставил эту проблему нам.

Материал был опубликован в газете «Ваш ОРЕОЛ» № 28(861) от 15 июля 2015 г.

Самое актуальное в рубрике: Общество

Больше интересного в жанре: Колумнисты